Марьям-искусница

Марьям-искусница

30 ноября 2008, 23:23
Политика
В таком почтенном возрасте выглядит она замечательно и настроена очень оптимистично. Оставаясь такой же обаятельной, как и в годы юности, предпочитает она носить туфельки на каблучках, а руки ее украшают кокетливые кружевные перчатки. - Вы не удивляйтесь что имя и отчество у меня такие не сочетаемые, - не дожидаясь вопроса, начинает беседу Марьям Иосифовна. - Родилась я в Башкирии, имя мне придумала мама, а отчество такое мне досталось … случайно.

Когда девочке и семи лет не исполнилось, ее отец ушел к другой, оставив жену с двумя детьми на руках.

- Папа был важным человеком - председателем колхоза и, как он нас оставил, деревенские дети нам с братом прохода не давали – издевались и обижали. И когда пришло время получать паспорт, я была так на отца зла, что упросила паспортистку вписать любое другое отчество на ее выбор. Она, почему-то остановилась на этом. «Ну, Иосифовна, так Иосифовна», – решила я.

После развода матери Марьям Иосифовны в родной деревне тоже житья не стало – соседки показывали на нее пальцем, да только и судачили, что о «брошенке».     

- Мама так намучилась, что перед самой войной - в 40-м году, решила поддаться на уговоры вербовщика, который предлагал ей уехать на работы в дальневосточный город Артем. Уговорить то уговорил, да не предупредил, что добираться туда на поезде придется семь суток. А мы с мамой и не подумали запастись съестным – взяли лишь две буханки, которые кончились уже через три дня. Остальное время ехали голодными – чуть живыми остались. 

В Артеме женщина устроилась в угольную шахту наземным работником.

- Трудилась мама на износ, недоедала, да еще война вскоре началась – с питанием совсем туго стало. Видите, какая я маленькая? С чего расти-то было! Помню, ни дня не проходило, чтобы я в голодные обмороки не падала.

Так случилась, что именно на Дальнем Востоке Марьям Иосифовна познакомилась с будущим супругом. В Артем старший лейтенант Мансур Гафаров уехал служить из родной Башкирии.  

- Он был на десять лет старше меня, но на разницу в возрасте даже не посмотрела – и я, и мама были так рады, что мне земляк повстречался, да еще офицер! Еще в деревне мы – три подружки, совсем еще девчонки, - напаримся в бане, пьем чай и все гадаем: кому какой парень в мужья достанется. Я грезила только об офицере! Мне всегда нравились их манеры и внешность - фуражки, белые кители, блестящие ремни. Мансур оказался тем самым парнем из моих грез.

Через год после окончания войны молодые люди поженились.

- Так получилось, что расписались мы, когда и 18-ти лет мне не исполнилось. До нужного возраста мне не хватало двух месяцев, но в ЗАГСе пошли нам навстречу. А когда родился наш первенец – Вадим – супруга направили в Китай, где назначили помощником коменданта города Дальний – так мы на русский манер переиначили китайское название. До города мы плыли четверо суток. Здесь пожаловаться не на что было. Нам, офицерским женам, жилось очень неплохо, мы часто собирались, накрывали стол – что у кого есть.

В Китае у Гафаровых на свет появился второй сын – Марат. Когда дивизию супруга сократили, в 56-м году семья вернулась в Уфу. Через год Марьям Иосифовна устроилась секретарем руководителя на одном из предприятий города.

– Правда, тогда мы были очень не устроены в бытовом отношении - туалет располагался на улице, о собственной столовой и не мечтали. Но мы по этому поводу не переживали: дружно работали, в обеденный перерыв бегали за трехкопеечными булочками, которые тогда казались нам самыми вкусными. Осенью нас посылали в колхоз на уборку урожая, куда ездили мы с удовольствием. А в свободное от работы время участвовали в художественной самодеятельности – пели в хоре, танцевали.

Марьям Иосифовне грех жаловаться на судьбу. Она воспитала замечательных сыновей.

- Вадим и Марат подарили мне троих внуков, а их дети – троих правнуков, так что я себя шутя называю трижды бабушкой и прабабушкой, - смеется Марьям Гафарова.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter