Коронный номер. Скандалы вокруг ковида не помешали Башкирии остаться на хорошем счету

Коронный номер. Скандалы вокруг ковида не помешали Башкирии остаться на хорошем счету
Коронный номер. Скандалы вокруг ковида не помешали Башкирии остаться на хорошем счету
1 января, 09:55ПолитикаТатьяна МайороваФото: Mkset.ru
Mkset подводит предварительные итоги коронавирусной эпопеи, ставшей главной темой 2020 года как для Башкирии, так и для всего мира.

Сегодня, 1 января, когда полусонная страна приходит в себя после проводов ушедшего года, за новогодней мишурой уже обозначились зловещие контуры коронавирусной новостной повестки. К сожалению, она никуда не пропала, а лишь на несколько часов затаилась, словно голодный зверь, ненадолго спряталась в свою берлогу, испугавшись огней фейерверков.

Для многих одним из наиболее ярких впечатлений этого года стал апрельский локдаун — когда вся страна замерла в ожидании страшных новостей о коронавирусе. Однако мы, журналисты, не прекращали работу ни на сутки даже в тот период. Поэтому локдаун для нас был не настолько актуален.

Наше главное наблюдение года следующее: коронавирусная тема в Башкирии в этом году побила рекорды по обилию интриг и инсинуаций. Она не раз выставляла Башкирию на всеобщее обозрение в негативном свете.

Как известно, без понимания прошлого нет настоящего, да и будущее под большим вопросом. Mkset предлагает читателям подвести «ковидные» итоги 2020 года и попытаться разобраться в происшедшем.

Фото: Mkset.ru

Всё могут «короли»

Хронология коронавирусных интриг в Башкирии началась с истории в Республиканской клинической больнице имени Куватова. Об этом очень много писали СМИ, сравнивая историю РКБ и с китайским Уханем, и даже с трагедией в кемеровской «Зимней вишне».

Напомним, карантин в РКБ объявили 6 апреля, после обнаружения вируса Covid-19 при вскрытии умершей пожилой женщины. Невнятные комментарии руководства больницы и минздрава на некоторое время сгладили ситуацию вокруг клиники в то время как внутри больницы, по словам сотрудников, в то время развивалась паника, прорывавшаяся в соцсети анонимными призывами на помощь.

Фото: Mkset.ru

Призывы анонимов официально объявляли фейками, пока заведующая ревматологическим отделением РКБ Римма Галимовна Камалова не заявила о ситуации в больнице в полный голос и от своего имени. Будучи дочерью бывшего министра здравоохранения Башкирии, она с детства привыкла не бояться больших чинов и общаться с ними на равных, в отличие от многих своих сослуживцев. Римма Галимовна посчитала нужным обнародовать тот факт, что эпидемия коронавируса и пневмонии в больнице не являлась внезапностью для персонала.

По ее словам, о стремительном распространении заболевания в больнице знали, как минимум, за полмесяца до объявления карантина. Однако руководство клиники (а точнее бывший главврач Эльза Сыртланова и её ближайшее окружение) предпочитало игнорировать сообщения в надежде на «авось», а также с целью выполнить план по освоению бюджетов ФОМС, выделяемых на проведение плановых госпитализаций. Понятно, что карантин заставил бы приостановить этот процесс. Г-жа Сыртланова, будучи в недавнем прошлом заместителем главы минздрава РБ, знала цену отчетным показателям. Однако при этом она вряд ли предполагала, что платой за их выполнение станут человеческие жизни. По официальным данным, коронавирусом заразились 190 сотрудников больницы (не только медиков) и примерно столько же пациентов. Данные о заразившихся вирусной пневмонией в РКБ не публиковались.

Мы, как врачи с опытом, почувствовали, что происходит что-то ненормальное, тем более на фоне информации о коронавирусе. Мы говорили об этом, однако на тот момент был принят иной подход к диагностике Covid-19. В каждую историю болезни вложены так называемые чек-листы — по сути, это опросники, там есть вопросы, посещали ли пациенты за последние 2-3 недели в определенные страны, которые представляли опасность, выезжали ли за пределы Башкирии, общались ли с людьми, приехавшими из-за границы и т. д. У подавляющего большинства ответы были отрицательные, соответственно, у них анализ на коронавирус не брали. Таким образом, зная, что во всем мире развивается пандемия, у нас в РКБ (не исключаю и себя из числа причастных к происшедшему) допустили вспышку инфекции, такой комментарий Римма Камалова дала нашему изданию в апреле.

Вспоминаются тогдашние ежедневные брифинги минздрава с ободряющими комментариями чиновников. В соцсетях разнокалиберные тролли заявляли, что Камалова метит в кресло главврача и т. д. Время всё расставило по своим местам: позднее, на торжественных мероприятиях ко Дню медика, Эльза Сыртланова была удостоена награды «за большой вклад в борьбу с коронавирусной инфекцией», а Римма Камалова осенью попала под сокращение.

Фото: Mkset.ru

Нет состава преступления

Позднее в распоряжении Mkset оказались протоколы утренних планерок терапевтического корпуса РКБ, где еще в конце марта под сообщениями о росте пациентов с пневмонией аршинными буквами была сделана запись: «Все просят парацетамол». Так и осталось загадкой, почему его проигнорировало следствие по делу о вспышке ковида в РКБ. В своих выводах, которые были изложены в ответе сестре умершего в РКБ пациента, сотрудник следкома ссылался исключительно на показания Эльзы Сыртлановой, утверждавшей, что ей якобы не сообщали об осложнившейся обстановке в больнице.

Напомним, решение об отказе в возбуждении вышеупомянутого уголовного дела о вспышке ковида в РКБ, как и итоги доследственных проверок по заявлениям родственников погибших в РКБ пациентов, было оспорено прокуратурой, но до сих пор не переросло в полноценное расследование.

Я сразу обратил внимание, прежде всего, на тот факт, что вопреки логике, материалы доследственных проверок по заявлениям родственников умерших пациентов не были объединены с материалами доследственной проверки по «большому» (как я его называю) делу, связанному с массовым заражением коронавирусом пациентов и медиков в РКБ. Я считаю, что это сделано не без умысла — для того, чтобы адвокаты семей умерших пациентов и прочие «посторонние» не получили доступа к материалам основной проверки, в которых может быть немало интересных и важных фактов, отметил адвокат Рамиль Гизатуллин, защищавший интересы семьи одного из погибших пациентов.

Именно по этой причине сын одной из скончавшихся в РКБ пациенток Радмир Хайруллин решил не полагаться на волю случая и самостоятельно собрал по максимуму документы, касающиеся лечения матери. Он подал заявление в следком, результаты доследственной проверки пока неизвестны.

Сейчас уже можно сказать с большой долей уверенности, что итоги доследственной проверки по «делу РКБ» оказали огромное влияние на положение дел в больницах Башкирии. Под впечатлением данной истории родственники скончавшихся пациентов крайне редко рискуют обращаться в правоохранительные органы, даже если уверены, что их близкий человек погиб из-за действия (а чаще — бездействия) медиков.

На войне как на войне

Но не стоит думать, что мы, журналисты, готовы обвинить всех медиков в преступном бездействии. Ни в коем случае! Наоборот, мы считаем, что их самоотверженный труд заслуживает максимального уважения. И поэтому очень обидно, когда поступают жалобы от сотрудников поликлиник, стационаров и бригад «скорой помощи» о том, что им не приходят выплаты за работу с ковидными больными. Вдвойне обидно, когда чиновники отказывают в выплатах семьям погибших медиков, как, например, в случае с медсестрой Белебеевской ЦРБ Еленой Никоноровой, скончавшейся в середине апреля после заражения коронавирусной инфекцией.

Многие медики, изнемогая от усталости, сетуют в соцсетях, что им постоянно звонят с вопросами о диагностировании ковида или лечении пневмонии. С такими же вопросами люди обращаются к ним через соцсети. Доктор Зубовского ковид-госпиталя Глеб Глебов начал вести стримы в инстаграме с консультациями. И если кто-то поначалу заподозрил его в самопиаре, то потом такие язвительные комментарии сошли на нет, когда Глеб выходил в эфир во время перерывов в ущерб своему отдыху — это было видно по его лицу.

Безусловная героиня нашего времени — врач-хирург и руководитель координационного отдела ГКБ № 8 Уфы Арина Мельникова. Мало кто знает, чего ей стоили открытые обращения через соцсети с просьбой помочь с оборудованием ковид-госпиталя перед его открытием или призыв к уфимцам отказаться от посещения массового концерта в День Республики 11 октября. Для неё эти поступки были делом совести.

Будет жаль, если очередное упоминание имени Арины в СМИ обернется для нее неприятностями. Именно по этой причине многие медики стали отказываться от комментариев или давать их анонимно. Каждая наша публикация оборачивается для них упреками от руководства.

Сейчас, зная обо всем этом — о том, как работают честные врачи и медсестры, подчас на пределе своих возможностей, как во время войны, и о том, какие претензии от руководства они слышат в свой адрес, — вспоминается реплика фронтовой медсестры Галины Андреевны Осташевской: «Так было и будет всегда: кому война, кому — мать родна».

Смерть нам не к лицу

Коронавирус забрал жизни многих известных людей. Среди его жертв — мэр Уфы Ульфат Мустафин, известный адвокат Алексей Зеликман, депутат Госсобрания Башкирии, известный пчеловод Амир Ишемгулов, тележурналистка Галина Заводникова, известный бард и писатель Сергей Круль, журналист Сергей Спатар, музыкант и лидер рок-группы «Калипсо» Алексей Глазырин, певица Бибисара Азаматова, скульптор Владимир Дворник и многие другие.

В канун Нового года, 29 декабря, семья одной из сотрудниц нашей редакции собиралась на сороковины родственницы, скончавшейся с подтвержденным заражением Covid-19. Снова делились воспоминаниями и предположениями. Выводы патологоанатомов после вскрытия женщины пока неизвестны. Честно говоря, мы ждали, когда среди данных об умерших от ковида, которые до недавнего времени публиковал минздрав, появится информация об этой смерти. Но с 20 декабря минздрав без пояснений прекратил публикацию информации такого рода.

По данным редакции, такое указание могло поступить из федерального минздрава. А может, просто возникла задержка с поступлением информации об умерших пациентах за несколько дней, а потом просто не рискнули публиковать их сразу, чтобы не спровоцировать серию кликбейтных заголовков типа «Минздрав Башкирии опубликовал данные сразу о 15 пациентах, умерших от коронавируса».

В середине ноября проницательное издание «Медуза» опубликовало статью о ковидной ситуации в Башкирии, в подготовке которой приняли участие сотрудники нашей редакции. Известный российский демограф, бывший советник Росстата Алексей Ракша, активно критикующий манипуляции со статистикой, прокомментировал и ситуацию в Башкирии.

По официальной статистике, в Башкирии чаще всего умирает по одному человеку с коронавирусом в день — а вероятность такой гладкой статистики мала. Башкирия позорно рисует каждый день по одному умершему. Уже одно только это сразу побуждает выкинуть статистику по умершим от ковида в Башкирии, поделился своим мнением Алексей Ракша.

Вскоре после этой публикации в ежедневных сводках минздрава РБ число умерших от коронавируса стало колебаться от 1 до 3-х человек в день. При этом известно, что в сводки попадают только случаи с подтвержденным коронавирусом по итогам вскрытия, так что эти люди скончались, как минимум, месяц назад, и вот теперь поступают результаты посмертной экспертизы.

Наши комментаторы (главным образом терапевты из амбулаторного звена и сотрудники «скорой помощи») не раз отмечали, что в эту статистику не попадают люди, которых выписали из ковид-госпиталей через «положенные» десять дней, и они потом скончались в больницах. Помнится, в минздраве Башкирии пытались опровергнуть и эти доводы. Но такие комментарии звучали крайне неубедительно, в том числе и после смерти родственницы нашей коллеги, которую выдворили из 21-й больницы, зная о высокой температуре, низкой сатурации и острой дыхательной недостаточности.

По итогам ноября можно уверенно констатировать, что усилия журналистов не прошли даром. По крайней мере, впервые за долгое время помесячные данные о смертности от минздрава Башкирии и от Росстата совпали — за предпоследний месяц года из жизни ушли 29 человек с диагнозом Covid-19.

Возможно, в предновогодней суете на этот факт обратили внимание не все. Быть может, он и не заслуживает слишком большого внимания. Но для нас он очень важен. Хочется верить: чиновники осознали, что в случае с такой большой бедой, как глобальная пандемия, признание горькой истины важнее благополучных отчетов.

Так или иначе, но по официальным данным, на сегодняшний день Башкирия имеет один из самых низких показателей смертности в ПФО и один из самых низких по стране. По данным Росстата, общий коэффициент смертности в 2020 году в Башкирии составил 14 на 1000 человек. При этом младенческая смертность, по данным Минздрава РБ, снизилась на 11%.

Система достойна приняла этот удар, я уверен, что мы достойно пройдем этот путь. В следующем году будем анализировать работу минздрава по показателю смертности, это ключевое. Мы должны выйти из пандемии более крепкими и модернизированными, отметил на днях в своем выступлении глава Башкирии Радий Хабиров.

2021-й год вряд ли станет легче проклятого предыдущего 2020-го года. И то, как мы его переживем, зависит от каждого из нас.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter