Страсти по заказу: защита топ-менеджера УМПО в Уфе считает его дело сфабрикованным
14 августа , 20:02
Общество
Татьяна Майорова
Photo: umpo.ru
Адвокат Айрат Хикматуллин в интервью Медиакорсети дал оценку выводам следствия по делу об убийстве заместителя коммерческого директора УМПО Юрия Яшина.

В Верховном суде Башкирии завершились предварительные слушания по делу об убийстве заместителя коммерческого директора Уфимского моторостроительного объединения (входит в состав «Ростех») Юрия Яшина, которое было совершено в Уфе два года назад, в июле 2018 года.

Напомним, следствие считает заказчиком убийства Яшина его непосредственного руководителя — коммерческого директора УМПО Сергея Евстафьева. При этом на самом УМПО, похоже, никто не верит в виновность Евстафьева — по крайней мере, сотрудники предприятия не раз отправляли в различные инстанции коллективные письма в его защиту.

Следом за предварительными слушаниями скоро начнется рассмотрение дела с участием суда присяжных.

Мы попросила адвоката Айрата Хикматуллина, одного из защитников Сергея Евстафьева, рассказать о текущей ситуации.

— Айрат Исмагилович, последний раз мы подробно писали о следствии по данному делу в прошлом году. Скажите, что-то изменилось за это время?

— Кардинальных перемен не произошло. Обвинение по-прежнему придерживается мнения о том, что Сергей Васильевич Евстафьев является заказчиком убийства Юрия Яшина. Хотя в материалах расследования нет ни одного серьезного подтверждения этой версии, кроме разве что утверждений Федора Токарева, одного из убийц Яшина, но и он постоянно менял показания.

— Давайте вспомним еще раз обстоятельства данного громкого дела. С чего всё началось?

— Обстоятельства этого резонансного преступления уже публиковались ранее. Но давайте, конечно, вспомним их еще раз, чтобы убедиться во всей абсурдности происходящего.

Итак, об исчезновении 57-летнего заместителя коммерческого директора УМПО Юрия Яшина стало известно 20 июля 2018 года. Когда Яшин не пришел на работу, сослуживцы позвонили его супруге. Она спустилась в подземный гараж в доме по улице Карла Маркса и обнаружила рядом с припаркованной машиной мужа лужу крови. Поиски пропавшего завершились страшной находкой — труп Яшина со связанными кабельными стяжками руками был найден на берегу реки Белой. Как показала экспертиза, перед смертью его зверски избили, проломили голову, а потом задушили пластиковым хомутом.

Подозреваемые в убийстве Яшина были задержаны 24 июля. Ими оказались вышеупомянутый Федор Токарев и три его подельника. Задержанные показали, что хотели просто отнять у жертвы ключи от квартиры, чтобы добраться до сейфа, где, по их данным, должно было находиться более 10 млн рублей.

План Токарева заключался в том, чтобы «вырубить» Яшина, и пока двое подельников охраняют его на парковке, другие поднялись бы в квартиру за деньгами. Один из них сразу после задержания рассказал, что пойти на дело всех уговорил Токарев, уверявший, что у него давно готов подробный план ограбления, поскольку он якобы состоит в близких отношениях с супругой Яшина. При этом на самом деле Токарев являлся «по совместительству» зятем подчиненного Юрия Яшина — начальника отдела материально-технического снабжения УМПО Николая Ахмаметьева, проходящего по делу в качестве свидетеля.

Когда Яшин неожиданно для бандитов оказал сопротивление, его избили до потери сознания, орудуя, в том числе, электрошокером и битой.

Версия о том, что имело место заказное убийство, внезапно появилась через некоторое время после задержания нападавших. Токарев назвал в качестве заказчика непосредственного начальника погибшего — Сергея Евстафьева. И следствие увлеченно переключилось на эту версию.

— Материалы дела составляют более 60 томов. При этом, как говорили вы и ваши коллеги, следствие игнорировало аргументы в пользу невиновности Евстафьева и принимало во внимание только те обстоятельства, которые соответствовали версии обвинения. Можете рассказать, как сейчас обстоят дела?

— За время следствия именно сторона зашиты Евстафьева добыла большое число доказательств его невиновности и указала на многочисленные противоречия в уголовном деле. Все это, на наш взгляд, подтверждает, что никакого заказчика у этого убийства нет и быть не может. Евстафьев никогда не был знаком с Токаревым и не общался с ним. Мы придерживаемся мнения, что преступники не планировали убивать Яшина, это был такой зловещий экспромт в ходе неудачной попытки разбойного нападения. Следствие установило, что Федор Токарев ударил Яшина первым, и вообще проявил наибольшую жестокость в процессе избиения.

После нападения на парковке бандиты повезли избитого Яшина в ближайшее безлюдное вниз по улице Карла Маркса. По пути он стал подавать признаки жизни. Тогда запаниковавшие преступники затянули на его шее пластиковый хомут, а потом бросили труп у Сафроновского моста через реку Белую. И даже после этого Токарев предлагал своим подельникам вернуться и ограбить квартиру Яшина, ведь у них были ключи убитого. Правда, подельники испугались возвращаться на место нападения.

Не кажется ли вам такой сценарий заказного убийства слишком странным?

— Кажется. Да и исполнители убийства как-то не очень похожи на киллеров.

— Абсолютно согласен с вами. Какие из них киллеры, если оперативники легко отследили их по камерам видеонаблюдения, когда внедорожник утром уезжал с избитым Яшиным в багажнике от его дома?

Бандиты и потом попали в объективы камер, когда меняли номера на машине, отмывали джип от крови и избавлялись от улик. Да и выехать додумались на Сафроновский проезд — довольно людное место с множеством камер наружного наблюдения. В довершение ко всему они забрали работающий мобильный телефон жертвы, что позволило без труда установить их маршрут. Оружие, которое они выбрали, — электрошокер, бита и пластиковые стяжки, скорее были предназначены для того, чтобы оглушить, избить и обездвижить человека — «вырубить», как выразились сами подсудимые. Но это никак не орудия убийства киллеров. Преступники — это молодые люди родом из уфимского микрорайона Нижегородка, который считается далеко не самым благополучным в криминальном плане. Они — обычные хулиганы, но вовсе не киллеры.

После того, как нападение пошло не по плану, Токарев порывался вернуться в дом за деньгами, которые и были истинной целью нападавших, а также намеревался затереть тряпкой следы крови на парковке. Всё это говорит само за себя.

И еще одна интересная и говорящая сама за себя деталь: про заказное убийство рассказывает только один Токарев, а три его подельника по сей день говорят, что пошли «на дело» только с целью ограбить Яшина. Убивать его, по словам бандитов, у них намерений не было.

— Вероятным мотивом преступления следователи обозначали личную неприязнь, которую Сергей Евстафьев якобы испытывал по отношению к Юрию Яшину. За основу брали некую историю с «доносом», который Яшин якобы написал донос в спецслужбы на своего руководителя. Об этом ранее рассказывали на пресс-конференциях ваши коллеги-адвокаты. Скажите, следствие все-таки отказалось от этой версии после того, как стало очевидно, что донос является грубой подделкой?

— Нет, следствие так и продолжило рассматривать эту историю, как один из ключевых эпизодов, хотя там всё шито белыми нитками.

Всё началось осенью 2017 года, за полгода до убийства Яшина. Тогда Николай Ахмаметьев прислал Сергею Евстафьеву скан заявления, которое ему якобы добыл сожитель его дочери, работающий в органах безопасности (это и есть тот самый Федор Токарев, устроивший впоследствии нападение на Яшина).

На заявлении, содержащем краткое и абстрактное обвинение обвинение в отношении Евстафьева, виднелась подпись Яшина и штамп о приеме документа в канцелярии спецслужбы. При этом Ахмаметьев очень просил Сергея Васильевича никому не говорить о «компромате», не поднимать скандала и просто уволить Яшина. Вероятно, Ахмаметьев ожидал, что Евстафьев уволит Яшина, а он сам займет его место.

Однако Евстафьев совету не последовал и напрямую спросил у Яшина о происхождении сомнительной бумаги. Тот поклялся, что слышит о ней впервые. Тогда Евстафьев пригляделся к «компромату» более внимательно и пришел к выводу, что подпись Яшина путем несложных манипуляций была добавлена к уже готовому тексту.

Евстафьев сообщил о происшедшем в Службу безопасности и руководству УМПО, так принято поступать на любом серьезном оборонном предприятии. Проведенная проверка выяснила, что такого заявления никогда и никуда не поступало.

Яшин продолжил работать на своей должности. Мы считаем, что эта история наглядно показывает: между Евстафьевым и Яшиным были теплые, доверительные и вполне дружеские отношения.

Однако следствие уверено, что данный донос доказывает наличие неприязни между ними и более того настаивает, что бумагу изготовил сам Евстафьев, а почему-то не Ахмаметьев, принесший ему скан с доносом, или его криминальный зять Токарев, якобы добывший этот «компромат».

Нас в очередной раз удивляет отношение следствия ко всем этим обстоятельствам — нет никаких сведений о том, что Евстафьев как-то к этому причастен. Ну разве не очевидно, что Евстафьев не причастен к данной истории никаким образом, ведь он честно разобрался с ситуацией, переговорил с Яшиным и прекратил всякие разговоры об этом поддельном заявлении?..

Кстати, из материалов уголовного дела следует, что Токарев постоянно изготавливал фиктивные документы. Так, следствием установлено, что Токарев уже смастерил ранее еще одно поддельное заявление в правоохранительные органы, якобы написанное неустановленным лицом с обвинениями в адрес Ахмаметьева. Токарев прислал по ватсапу снимок этого заявления самому Ахмаметьеву, сообщив, что якобы получил эту «секретную» информацию, как сотрудник спецслужб. Видимо, таким образом он произвел сильнейшее впечатление на тестя.

Токарев подделывал и другие документы, сообщения, скриншоты, обманывая и вводя в заблуждение людей, — этими эпизодами заполнена вся его биография, имеющаяся в материалах дела. Чем не аргументы против этого человека?

Тем не менее как только Токарев заявил следователю, что не подделывал это заявление, а якобы получил его от Евстафьева, его слов оказалось достаточно, чтобы Сергею Васильевичу до сих пор вменялось в вину изготовление данного заявления, как повод для конфликта с Яшиным. Подобное отношение следствия вызывает много вопросов.

То, что между Евстафьевым и Яшиным были хорошие отношения, доказывает еще и тот факт, что Сергей Васильевич дал отличную характеристику Яшину, когда того пригласили на работу на более высокую должность в Самару. А когда Евстафьев добавил, что такой работник нужен ему самому, Яшин в итоге предпочел остаться на УМПО. То есть вся история трудовой деятельности и взаимоотношений Сергея Евстафьева и Юрия Яшина на УМПО не дают поводов подозревать, что между ними имела место взаимная неприязнь.

— Расскажите подробнее про эту странную пару — Николай Ахмаметьев и Федор Токарев, с которыми связаны основные эпизоды обвинения.

— Повышенное внимание следствия к показаниям этих двух людей, которые зачастую не выдерживают никакой критики, — это один из самых больших парадоксов данного дела.

Защита не раз просила следствие обратить внимание на противоречивость фигуры Токарева, на чьих показаниях строится обвинение. Он был ранее судим за хищение дорогого автомобиля, не имеет постоянного дохода и непрерывно нуждается в деньгах. Он — явный мошенник, не раз был замечен в том, что вступал в близкие отношения с простодушными обеспеченными женщинами и вытягивал из них средства. Дочь Николая Ахмаметьева Ольга также попала в число жертв этого альфонса. Все эти факты подтверждаются многочисленными материалами уголовного дела, на которые следствие старается не обращать внимания.

Токареву явно нравились шпионские страсти. Например, Ахмаметьев только на следствии узнал настоящее имя этого «секретного агента». До этого он считал его сотрудником всемогущего Управления по борьбе с терроризмом Артёмом Неволиным. Из материалов дела мы видим, как Токарев пользовался поддельным удостоверением сотрудника спецслужб, наградными листами, поддельными дипломами о высшем образовании, поддельным паспортом. Постоянно присылал семье Ахмаметьева свои фотографии в военной амуниции с «опасных заданий», даже сделал наколку на все плечо с символикой спецназа, фотографию которой не забыл тут же всем разослать. Не говоря уже о многочисленных выдуманных историях о геройском пресечении терактов в Уфе, полученных ранениях и прочих «подвигах».

Параллельно «герой-любовник» Токарев мастерски выманивал у Ахмаметьевых деньги. Это был, например, джип Toyota Land Cruiser, на котором он разъезжал, купленный за два миллиона рублей на деньги Ахмаметьева и оформленный на его дочь. Это еще и многочисленные просьбы перечислить на карту деньги — кто же откажет такому герою, занятому на постоянных совещаниях и спецзаданиях?

Однако при этом сожительница Ольга Ахмаметьева все-таки изобличила Токарева в краже денег, ценных бумаг и драгоценностей из сейфа отца почти на 25 млн. рублей.

А чего стоит история с внучкой Ахмаметьева, которую Токарев якобы «устроил» на учебу в академию спецслужб в Москве! Он даже высылал семье девушки фальшивые благодарственные письма с поддельного электронного почтового адреса от имени руководства академии, наличие орфографических ошибок в них почему-то никого не смущало. Сюда же можно отнести поддельные смс-сообщения от банков о блокировке счетов, о якобы проведенных транзакциях. Люди, ставшие жертвами обмана Токарева, подолгу ждали возврата денег — платеж же прошел, никто же не знал, что смс были поддельные. То, что всё это оказалось ложью, вскрылось уже после его задержания.

Все обвиняемые по делу прошли психиатрическую экспертизу, это обязательный порядок по делам, связанным с убийством. В заключении психиатра о Федоре Токареве черным по белому написано: склонен к патологической лжи.

— Как же такой человек может проходить по делу в качестве главного свидетеля обвинения?

— Не только главного, а единственного свидетеля! Так как других свидетелей, которые бы указывали на причастность Евстафьева к убийству, просто нет. Но это вопрос не к нам, а к следствию, которое по непонятной для нас причине вполне устроили показания Токарева, несмотря на множество аргументов, добытых защитой Евстафьева и опровергающих его слова.

Почти 30 показаний Токарева, данных им в ходе допросов, очных ставок и проверок его показаний, кардинально отличались друг от друга, противоречили сами себе и постоянно менялись, подстраиваясь под вновь полученные доказательства. Так происходило потому, что каждый раз, когда мы опровергали показания Токарева и представляли неоспоримые доказательства его лживости, следствие оперативно извещало его об этом, чтобы «главный свидетель» придумал что-то новое. Это прямо следует из материалов дела.

Начать необходимо с того, что сразу после задержания Токарева привели в кабинет, где находился Евстафьев, без какого-либо процессуального оформления следственного действия в виде опознания или очной ставки. Это обстоятельство подтвердили оба — и Евстафьев, и Токарев. Мы уверены, что эта встреча была устроена не случайно, а для того, чтобы Токарев впоследствии мог опознать Евстафьева, так как до этого он его никогда не видел.

И это печально, так как подтверждает: следствию было заранее известно, что Токарев Евстафьева лично никогда не знал и не видел. Это значит, что следствию было нужно, чтобы Токарев мог оговорить Евстафьева. Иного разумного объяснения подобным действиям, являющимся грубейшим нарушением закона, быть не может.

Что же касается показаний Токарева о том, что он якобы получил от Евстафьева заказ на убийство Яшина, то они опровергаются детализацией телефонных соединений, данными GPS, не выявившими никаких пересечений между ними. Следствие не только не доказало, что «заказ» вообще мог быть хоть как-то передан Токареву от Евстафьева, но и не нашло ни единого убедительного доказательства тому, что они вообще были знакомы и хотя бы раз виделись друг с другом.

На начальном этапе расследования Токарев утверждал, что с Сергеем Евстафьевым его познакомил Николай Ахмаметьев, однако последний опроверг эти показания на очной ставке. После этого у обвиняемого тут же появилась новая версия: «знакомство организовал тайный криминальный авторитет», чье имя он называть не может. Следствие опять просто поверило Токареву на слово.

Затем Токарев выдал новую трактовку событий, заявив, что общался с Евстафьевым при помощи мобильников, номеров которых не помнит. После этого Токарев даже представил поддельные скриншоты переписки, которые у него якобы сохранились в электронной почте. Однако проведенное исследование не выявило ни абонентских номеров, ни идентификаторов IMEI (телефонных аппаратов), которые в день убийства Яшина осуществляли бы сеансы связи одновременно и поблизости от места пребывания мобильника Токарева, который тот имел при себе.

Еще одна важная деталь, свидетельствующая о качестве следствия: по протоколу данное исследование якобы было предъявлено Токареву 12 марта 2020 года в 16.07. Однако оформлявший протокол следователь не учел, что время записи исследования было зафиксировано аппаратурой, — 18.15 в тот же день. О чем это говорит? О том, что протокол допроса Токарева явно был оформлен задним числом, то есть имеет место очередная фальсификация материалов дела.

— А что за история со слежкой, которую долгое время Токарев вел за Яшиным?

— Защита нашла доказательства того, что Токарев находился возле дома Яшина и начал за ним слежку задолго до мая 2018 года, когда, по словам Токарева, Евстафьев якобы заказал его убийство. Токарев следил за квартирой Яшина еще осенью 2017 года. Об этом свидетельствуют скрытая камера в цветочном горшке, обнаруженная январе 2018 года супругой Яшина в подъезде, GPS-треккинг автомобиля Токарева, а также показания свидетелей, видевших беспилотник, с помощью которого «шпион» Токарев изучал через окна квартиру Яшина.

Известно также, что Токарев активно интересовался домашним адресом и другими личными данными будущей жертвы ограбления, спрашивал их у своих знакомых, работающих как на УМПО, так и в правоохранительных органах.

— Николай Ахмаметьев работал в подчинении Евстафьева и одновременно оказался родственником Токарева. Получается, что это обстоятельство также не показалось странным следствию?

— Нисколько. Мало того, что Ахмаметьев заварил кашу с поддельным доносом, так он еще дал показания, что якобы ранее передавал Евстафьеву телефон гражданского мужа своей дочери Токарева, не сумев объяснить, с какой целью он это делал. Кстати, как выяснилось позднее, именно Ахмаметьева следствие весной 2019 года объявляло тайным свидетелем по делу, и, скрывая его данные, отказывало нам в возможности ознакомиться с материалами.

Точно известно также, что на «дело», закончившееся трагедией, Токарев поехал на автомобиле Toyota Land Cruiser 200, оформленном на дочь Ахмаметьева. После убийства Яшина Токарев отправился сразу на дачу к тестю, где его сожительница Ольга постирала окровавленную одежду. Потом Токарев и Ахмаметьев вместе пьянствовали несколько дней. Токарев рассказал Ахмаметьеву о совершенном им убийстве Яшина. Задержан Токарев был в квартире Ольги. При этом женщина и её отец получили в деле статус свидетелей обвинения. Никаких претензий за укрывательство преступника им следствие не предъявило.

Из материалов дела следует, что целью нападавших было похищение денежных средств в крупном размере из квартиры потерпевшего. А версия заказного убийства и причастности Евстафьева была выдумана потом и преследует единственную цель — снизить ответственность Токарева в этом и сделать причастным Евстафьева.

— Разве такое возможно?

— Опять же это вопрос не к нам, а к следствию. Ну, а иначе как расценивать тот факт, что в материалах дела отсутствуют данные о записи, сделанной видеокамерой возле главного входа, на посту охраны внутри здания УМПО? Системный блок был изъят оперативниками и поднят в кабинет Яшина, а затем был включен в протокол осмотра его служебного кабинета. Следователь, составлявший протокол, подтвердил этот факт.

Видеозаписи доказали бы отсутствие встречи Сергея Евстафьева с Федором Токаревым, о которой сообщал последний. Мы попытались проследить цепочку событий и выяснили, что сервер, изъятый с поста охраны УМПО, пролежал почти год в кабинете следователя в управлении полиции Советского района Уфы. Потом, в июле 2019 года, его забрал сотрудник управления уголовного розыска МВД. Далее согласно документам сервер был осмотрен специалистами только в декабре 2019 года.

Из текста протокола осмотра следует, что сведений, представляющих интерес для следствия, на сервере не обнаружено. При этом специалист отразил в протоколе свое замечание о том, что ввиду отсутствия необходимого программного обеспечения, воспроизвести и просмотреть имеющиеся на сервере файлы не представилось возможным. То есть следствие даже не попыталось просмотреть видеозаписи на этом сервере и установить их истинность. Хотя, возможно, одного этого действия было бы достаточно, чтобы уличить Токарева в очередной лжи и прекратить необоснованное уголовное преследование Евстафьева. После этого, сервер был передан на ответственное хранение в УМПО. Сейчас мы настаиваем на его новом исследовании.

В кабинете Яшина также были изъяты документы, сейф, в котором хранился, в том числе, и мобильный телефон Яшина. Всё это было отражено в протоколе, однако все изъятые предметы вместе с протоколом пропали, в деле их нет.

Из материалов уголовного дела пропали также показания ряда свидетелей и жены Яшина.

То есть те доказательства, которые свидетельствуют о невиновности и непричастности Евстафьева, просто исчезают из дела.

— Удивительные вещи вы рассказываете. Кажется, что фабрикация обвинения очевидна всем, кроме представителей следствия. Известно, что на протяжении всего расследования семья взятого под стражу Сергея Евстафьева и его сослуживцы написали множество жалоб, указывая на нарушения следствия и всю абсурдность обвинения. Возымели ли действие эти обращения?

— Совершенно верно. И семья Евстафьева, и его коллеги с УМПО отправили целый ряд жалоб на имя президента России Владимира Путина, главы следкома Александра Бастрыкина, а также в Генпрокуратуру и другие инстанции, указывая на очевидный обвинительный уклон следствия, отсутствие доказательств, а также на предвзятое отношение следствия к главному обвиняемому по делу — Токареву. Об этой истории подробно рассказывали региональные и федеральные СМИ. Вряд ли кто-то еще (кроме представителей следствия) сомневается, что Токарев оговорил Евстафьева.

В конце 2019 года Генпрокуратура РФ расторгла с Токаревым заключенное ранее соглашение, которое позволяло ему в обмен на признание рассчитывать на наказание ниже низшего предела — вместо 20 лет за убийство ему могли присудить 7-8, а в перспективе он мог бы выйти уже лет через пять по условно-досрочному освобождению. Однако он настолько заврался, что в итоге Генпрокуратура приняла решение об отказе от соглашения.

К слову говоря, один из главных сторонников версии «заказного убийства», бывший руководитель следственной группы Кирилл Шерстобитов уже покинул свою должность и больше не работает в следкоме.

При всем при этом наш подзащитный Сергей Васильевич Евстафьев остается в заключении уже почти два года, больше предельного срока содержания под стражей. Добавлю, что Сергей Васильевич почти полгода провел в СИЗО в городе Бирске. Следствие объяснило его перевод в Бирск тем, что Евстафьев якобы мог, находясь в Уфе, оказывать давление на свидетелей. Как это можно делать, не выходя из СИЗО, объяснить не удосужились. По мнению защиты, он был переведен туда с целью оказать моральное давление, а также затруднить его общение с семьей и адвокатами. И только вмешательство члена Совета по правам человека при президенте России Андрея Бабушкина, который посетил Сергея Васильевича в заключении, помогло перевести его обратно, в уфимское СИЗО № 1.

— Мы уже рассказывали о том, что защита Евстафьева подала ходатайство о возврате уголовного дела прокурору в связи с большим количеством допущенных во время следствия нарушений. Каковы итоги рассмотрения судом поданного вами ходатайства?

— Судебная коллегия не прислушалась к нашим аргументам. Тем не менее мы по-прежнему заявляем, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность вынесения судом приговора или иного решения на основе данного заключения. Вследствие этого уголовное дело, по нашему мнению, подлежит возвращению прокурору для устранения препятствий рассмотрения его судом.

Наше мнение однозначно и оно следует из материалов уголовного дела: следствие с самого начала расследования и до его окончания преднамеренно допускало грубейшие нарушения закона, уничтожало доказательства, фальсифицировало их с единственной целью — предъявить ложное обвинение Сергею Евстафьеву. На этом мы будем настаивать и в ходе судебного процесса, и рассчитываем, что присяжные прислушаются к нашим доводам.