Mkset.ru
Полковник в отставке Ахат Салахов: «Рукопашные бои мне снятся до сих пор»
4 мая 2010, 18:03
Политика
Полковник в отставке Ахат Салахов: «Рукопашные бои мне снятся до сих пор»
Ахат Салахов стал командовать ротой в 19 лет. В 1942 году Ахат Габдуллович пришел в добровольный комсомольский отряд, который формировался в Белебее. Добровольцев отправили воевать под Ржев, где парня ранили. После госпиталя комсомольца отправили учиться в школу младших лейтенантов. В советской армии, которая в это время терпела поражение по всем фронтам и в огромных количествах теряла людские ресурсы, не хватало командиров.

- Но после окончания курсом мне сразу присвоили звание лейтенанта, а когда прибыл на фронт, меня сразу назначили командиром пулеметной роты, - рассказывает Ахат Габдуллович. – А в роте полно «стариков», солдатов, которые по возрасту в два раза старше меня. Но все приказы они выполняли – война есть война и командира нужно слушаться безоговорочно.

По словам г-на Салахова, все бойцы настроены были на выполнение боевых заданий.

- У нас не было такого, чтобы кто-то дезертировал или хитрил, в бой не шел, ссылаясь на несуществующие болезни, - говорит ветеран. - Наоборот – и раненные, и больные – все стремились на передовую.   

А ведь армейское оснащение в те годы оставляло желать лучшего.

- Приходилось и в рукопашный бой ходить, - вспоминает Ахат Салахов. – Жаркое это было время.

Фронтовик уверяет, что одна стычка с немцами ему до сих пор снится. 

- В Смоленской области во время боев мы потеряли много людей, осталось около 40 человек, - рассказывает г-н Салахов. - Остановились перед вражеским укрепленным рубежом, окопались и стали ждать подкрепления, отстреливаясь от неприятеля. Видим, с тылу к нам идет около сотни людей, и обрадовались – пришла подмога!  И вдруг понимаем – это немцы! Враги напирают с двух сторон, остается только сражаться – перешли в оборону. Настал критический момент: вот-вот нас раздавят. И мы все, не сговариваясь, выскочили из окопов и ринулись в рукопашный бой. Вот это незабываемые ощущения – прямо на тебя со штыком идет немец, а ты на него, ту и сзади кто-то уже нападает.  Минуты три наверно прошло, столько перебито было немцев, столько с нашей стороны – вспоминаю, и сегодня жутко становится.  Страшный бой, который мне до сих пор снится. Немцы дрогнули, некоторые убежали, многие взяты были в плен.

Ветеран уверяет, что плененных врагов по численности оказалось почти столько же, а может быть и больше, чем советских бойцов.

- И стало понятно, что если мы не задавим немцев психологически – те вновь кинутся на нас, - рассказывает Ахат Габдуллович. - Расстрелять можно было, конечно, но этого не сделали. С нами был начальник штаба батальона, говорит: «Давайте схитрим». Вынул кинжал и всем пленным срезал поясные ремни. После того, как у фашистов начали брюки падать – они уже не бойцы, за штаны рукой держатся и даже ходить не могут. А вечером подошло подкрепление – немцев отправили в тыл, а мы пошли наступать дальше. 

Как рассказывает ветеран, случаев проявления мужества на войне было очень много и не всегда за отважные поступки награждали.

- Как-то, мы уже были на границе Восточной Пруссии, меня вызывает начальник штаба дивизии и говорит: «Вот, товарищ старший лейтенант, пакет, сургучом опечатанный, здесь секретные данные, в каком направлении мы будем наступать, в каком направлении пойдет дивизия. Это пакет ты должен к завтрашнему утру доставить на передовую командиру батальона, но у которого нет постоянного штаба».

В помощники Ахату Салахову выделили двух солдат и офицера – «видимо очень важные были документы», - объясняет фронтовик.

- Очень темной сентябрьской ночью мы вышли в путь, - продолжает ветеран. – На одном из шоссе примкнули к солдатам и шли с ними в ногу минут пять-десять. Заподозрил неладное – почему-то очень тихо идут, не разговаривают. Присмотрелся – немецкое обмундирование! Это идут немецкие части, а мы с секретными документами прямо к ним пришли. Ну что делать? Соображать надо, а то они опомнятся! Я своих в сторону толкнул – они поняли. Выскочили из строя, легли в кювете, и я громко закричал, чтобы немцев напугать: «Взвод! По врагам огонь!». Никакого взвода нет, конечно, три человека и четвертый – я. В темноте, не видим их, а стреляем. У них шум-гам, крик, палят в нашу сторону, но не видят ничего. В общем, отсиделись мы. А утром вышли на дорогу – около десятка мы немцев убили. Мы взяли их оружие, бинокли, планшеты с планами и пошли дальше.

Но приключения секретных агентов на этом не закончились. 

- Уже вышли к временному штабу и тут прямо из кустов нам показывается ствол немецкого танка «Тигр», - рассказывает Салахов. – Немцы, конечно, видят нас и тут же стреляют. Но снаряд пролетел мимо и со свистом и ударил в лес. Деревья падают, шум стоит, а мы бежим вниз по горке. Спаслись, но струхнули здорово.

Важные документы порученцы доставили по назначению и точно в срок.

- Отдали командиру батальона захваченное оружие и все рассказали, а потом вернулись обратно. Доложил командиру дивизии, тот сказал: «Молодец» и все на этом.

Любопытно, что 87-летний фронтовик считает, что Иосиф Сталин – на той страшной войне был настоящим главнокомандующим.

- Тот, кто был на фронте, никогда от этого человека не откажется, - говорит Ахат Салахов. – Мы шли в бой с его именем на устах и всегда считали себя его людьми. 

После того, как Ахат Салахов вернулся после войны домой, он решил и дальше продолжать служить на благо родины. По рекомендации Ермекеевского райкома комсомола парня взяли в комитет государственной безопасности сначала простым оперуполномоченным в контрразведке.

- Потом все ступени прошел. Работал в секретном политическом отделе, и, выполняя отдельные задания, выезжал за рубеж. Но всего не могу рассказать, - улыбается полковник в отставке.

Юлия ПЛЕХАНОВА.