«Это фабрикация!»: защита топ-менеджера УМПО из Уфы изложила свою версию преступления

«Это фабрикация!»: защита топ-менеджера УМПО из Уфы изложила свою версию преступления

27 августа , 10:59ОбществоТатьяна МайороваPhoto: Артур Салимов / Mkset.ru
Адвокаты коммерческого директора УМПО Сергея Евстафьева, обвиняемого в организации убийства его заместителя Юрия Яшина, представили новые примеры нарушений, допущенных следствием.

Видео, записанное следователями во время допроса Федора Токарева, одного из главных фигурантов дела об убийстве Юрия Яшина, вполне может служить ответом на половину вопросов, адресованных Сергею Евстафьеву. Токарев прилежно рассказывает свою версию событий, но в какой-то момент вдруг обращается к следователю со словами: «Как там дальше правильно?».

Адвокаты Сергея Евстафьева Айрат Хикматуллин и Филюс Исмагилов уверены: эта фраза свидетельствует о том, что Токарев пересказал историю, придуманную им совместно со следователями с целью подтвердить обвинение в организации заказного убийства, выдвинутое против топ-менеджера УМПО Сергея Евстафьева.

Этот и другие не менее красноречивые примеры были представлены защитой Евстафьева журналистам в ходе пресс-конференции, прошедшей на днях в пресс-центре уфимской редакции «Комсомольской правды».

Организатор преступления, на чьих показаниях строится обвинение Сергея Евстафьева, соврал, как минимум, 28 раз

— За весь свой опыт работы адвокатом я не припомню такого дела, в котором обвинение в тяжком преступлении против одного человека основывалось бы на показаниях всего одного человека, который сам проходит по делу в качестве обвиняемого. Причем этого главного обвиняемого, организовавшего это преступление и привлекшего для его совершения троих подельников, сейчас пытаются представить в качестве «главного свидетеля обвинения», несмотря на то, что Федор Токарев — за все время следствия 28 раз менял показания! — говорит Айрат Хикматуллин. — У нас большая надежда на суд присяжных, которые будут вникать в детали этой истории беспристрастно.

Напомним, об исчезновении 57-летнего заместителя коммерческого директора УМПО Юрия Яшина стало известно 20 июля 2018 года. Когда Яшин не пришел на работу, сослуживцы позвонили его супруге. Она спустилась в подземный гараж в доме по улице Карла Маркса и обнаружила рядом с припаркованной машиной мужа лужу крови. Поиски пропавшего завершились страшной находкой — труп Яшина со связанными строительными стяжками руками был найден на берегу реки Белой. Как показала экспертиза, перед смертью его зверски избили, проломили голову, а потом задушили пластиковым хомутом.

Подозреваемые в убийстве Яшина были задержаны 24 июля. Ими оказались вышеупомянутый Федор Токарев и три его подельника. Задержанные показали, что хотели просто отнять у жертвы ключи от квартиры, чтобы добраться до сейфа, где, по их данным, должно было находиться более 10 млн рублей.

План Токарева заключался в том, чтобы «вырубить» Яшина, и пока двое подельников охраняют его на парковке, другие поднялись бы в квартиру за деньгами. Один из них сразу после задержания рассказал, что пойти на дело всех уговорил Токарев, уверявший, что у него давно готов подробный план ограбления, поскольку он якобы состоит в близких отношениях с супругой Яшина. При этом на самом деле Токарев являлся «по совместительству» зятем подчиненного Юрия Яшина — начальника отдела материально-технического снабжения УМПО Николая Ахмаметьева, проходящего по делу в качестве свидетеля.

Когда Яшин неожиданно для бандитов оказал сопротивление, его избили до потери сознания, орудуя, в том числе, электрошокером и битой.

Версия о том, что имело место заказное убийство, внезапно появилась через некоторое время после задержания нападавших. Токарев назвал в качестве заказчика непосредственного начальника погибшего — Сергея Евстафьева. И следствие увлеченно переключилось на эту версию. Кстати, информация о заказном убийстве исходит исключительно от Токарева. Остальные участники нападения до сих пор рассказывают, что намеревались лишь отнять у Яшина ключи от квартиры и сейфа, чтобы забрать оттуда крупную сумму «более 10 млн рублей», о которых им рассказал Токарев.

— Материалы дела превышают 60 томов. При этом солидную их часть составляют доводы защиты Евстафьева, изобличающие обман Токарева, и его новые показания, очевидно, основанные лишь на одних фантазиях. Практически всё следствие велось в противоборстве защиты и следствия, которое совместно с Токаревым сочиняло всё новые и новые показания. Защита методично опровергала показания Токарева, представляя следствию доказательства его вранья. Следователи же, получив от адвокатов очередные доказательства непричастности Сергея Евстафьева, вместо того, чтобы убедиться в том, что Токарев дает заведомо ложные показания и прекратить уголовное преследование Евстафьева, выдумывали для Токарева новые показания, чтобы обойти полученные доказательства. В итоге в своих показаниях запутался и сам Токарев, и следствие, - рассказал адвокат Филюс Исмагилов.

По его словам, из материалов уголовного дела следует, что Токарев врал всегда и всем – он использовал поддельные документы сотрудника спецслужб, причем умелый и опытный аферист не ограничился приобретением поддельной «ксивы», он сумел изготовить и поддельные документы о наградах, о высшем образовании, поддельный паспорт и документы ветерана правоохранительных органов, то есть продумывал всё до мелочей, не оставляя сомнений в своей легенде. Также умело Токарев подделывал бумажные и электронные письма, создавая поддельные почтовые адреса и WhatsApp-переписку.

- Вот наглядный пример: Токарев, даже оказавшись под следствием, сумел ввести в заблуждение прокуратуру и суд – в обвинительном заключении фигурирует отметка о наличии у него высшего образования, сделанная на основе фальшивого диплома юриста от МГУ, в то время как полтора тома уголовного дела занимает переписка со всеми указанными Токаревым учебными заведениями, отрицающими факт его обучения. Таким образом даже после того, как было установлено, что Токарев отучился от силы восемь классов, для суда на основании поддельного диплома он по-прежнему является человеком, имеющим высшее образование, — пояснил Филюс Исмагилов.

Все три подельника Токарева, которых он привлек к совершению разбойного нападения на Яшина, рассказали, как он им говорил, что ему приносит готовые показания следователь. Когда Токарева спросили об этом, он ответил: «Я воздержусь от ответа на этот вопрос». Кстати, так он отвечал на многие вопросы, которые ставили под сомнения его предыдущие показания. А когда его ловили на откровенной лжи, говорил «Я вспомню и потом расскажу». И через некоторое время, действительно, очень подробно рассказывал новую версию событий.

Как можно доверять такому человеку?

В ходе пресс-конференции адвокаты еще раз подробно описали этого человека и его многочисленные «подвиги», о которых ранее много писали СМИ. Например, как он представился семье начальника отдела материально-технического снабжения УМПО Николая Ахмаметьева, сотрудником спецслужб Артемом Неволиным. Свою «легенду» Токарев подтверждал не только поддельными документами на имя офицера спецслужб по борьбе с терроризмом Артема Неволина, но и фотографиями, пересылаемыми в соцсетях, как он в боевой амуниции с оружием в руках якобы доблестно выполняет специальные задания, перепиской, подтверждающей его достойную службу на благо Родины, и даже присылал фотографию татуировки на все плечо с надписью «ФСБ». Как не поверить такому доблестному офицеру? Это и помогло ему втереться в доверие семье Ахмаметьевых. Уточним, что Токарев, сожительствуя с дочерью Ахмаметьева Ольгой, скорее всего, в разговорах с потенциальным тестем впервые и услышал про его состоятельного сослуживца Юрия Яшина, после чего выбрал его в качестве жертвы ограбления.

Токарев оказался талантливым альфонсом и выкачал из семьи Ахмаметьевых немало средств, объясняя зачастую свои просьбы перевести ему деньги на карту тем, что «задерживается на спецоперации». Для пущей убедительности он присылал Ольге сообщения о том, чтобы она «не выходила на улицу, потому что сегодня может быть контртеррористическая операция» или чтобы она «не ездила в Мегу, потому что там могут стрелять».

Для Токарева на денежные средства тестя Николая Ахмаметьева был куплен за два с лишним миллиона рублей дорогой джип Toyota Land Cruiser 200, который был оформлен на Ольгу Ахмаметьеву, но находился в пользовании у «спецагента». Но даже в этой ситуации, когда деньги на покупку дорогого авто дал тесть, Токарев ухитрился при покупке машины часть денег положить себе в карман, назвав тестю завышенную стоимость автомобиля. В конце концов, в отсутствие Ахмаметьевых-старших Токарев опустошил сейф в их квартире, похитив свыше 25 млн. рублей и вновь сумел «уболтать» пострадавших, чтобы они не обращались в полицию.

Дочку Ольги Токарев обещал устроить в московскую Академию ФСБ, но так и не сдержал обещания. Зато он присылал ее деду и бабушке поддельные письма от имени руководства Академии с благодарностью за воспитание внучки. В конце концов даже дочка, не дождавшаяся обещанной учебы в Академии, написала матери, что её Артем — обычный аферист. Такие факты также есть в материалах дела.

— Он не только сам патологически врал и обманывал всех окружающих, Токарев обладает талантом манипулировать людьми и вовлекать их в свое вранье. Так, Ольга и ее дочь Дарья, уже зная, что Токарев их обманул и никаких связей у него в академии ФСБ нет и никогда не было, вынуждены были обманывать Ахмаметьевых-старших, чтобы не расстраивать их, они делали вид, что Дарья продолжает учиться в Москве, — констатируют адвокаты Евстафьева.

Из этого же разряда было и поддельное письмо с доносом на Евстафьева, которое Яшин якобы написал на него «в органы». По версии обвинения, именно это письмо послужило причиной конфликта между Евстафьевым и погибшим Яшиным, в связи с чем у Евстафьева якобы появился умысел заказать убийство Яшина.

Между тем, обвинение старается не замечать того факта, что именно Токарев изготовил это поддельное письмо и передал его Ахмаметьеву, а тот под «большим секретом» показал его Евстафьеву. Следует обратить внимание и на то, что подобное письмо не первое – ранее Токарев уже изготавливал анонимку на самого Ахмаметьева и присылал его через Ольгу, пообещав, что сам решит этот вопрос и «замнет» его. Примечательно, что Ахмаметьева не удивило, что кто-то на него пишет заявления в правоохранительные органы, он не предал огласке данный факт, а с благодарностью принял «помощь» Токарева, пообещавшего, что никакого уголовного дела по этому заявлению не будет.

Переслав поддельный донос Евстафьеву, Ахмаметьев просил принять его во внимание, не поднимать шум и тихо уволить Яшина. Видимо, предполагалось, что Ахмаметьев готов с удовольствием занять его место. Собственно, из материалов дела следует, что Токарев как раз и обещал тестю помочь занять место Яшина. И тот совсем не возражал.

Однако Евстафьев поступил иначе - как и положено по внутреннему регламенту, передал сомнительный документ в службу безопасности, быстро выяснившую, что это фальщивка. Кроме того, он попросил у Яшина объяснения по поводу данного «заявление в органы». После того, как Яшин заверил Евстафьева, что подобного письма не писал и его подпись на нем явно подделана, конфликт был исчерпан. Яшин еще тогда уведомил своего непосредственного руководителя Сергея Евстафьева, что готов написать заявление на увольнение по собственному желанию, если имеет место недоверие к нему. Но Сергей Васильевич ответил, что никакого недоверия нет, и Яшин продолжил работать.

Известно, что даже после этого Ахмаметьев требовал от Евстафьева уволить Яшина. А после того, как Евстафьев ответил, что не собирается увольнять своего заместителя, Ахмаметьев с гордым видом заявил: Яшина все равно уволят, так как ему известно от его зятя Токарева о наличии на Яшина «дела на ул. Ленина, 7» (т.е. в МВД по РБ).

Очевидно, что следствию стоило бы уделить больше внимания взаимоотношениям между Токаревым и Ахмаметьевым, которые проявляли столь повышенный интерес к Яшину, убитого в последствии Токаревым и тремя его подельниками.

Заигравшись в сотрудника спецслужб, Токарев-Неволин начал интересоваться Яшиным еще с октября 2017 года. Он нередко припарковывал свой джип возле дома Яшиных, установил скрытую камеру в цветочном горшке на лестничной площадке напротив входной двери квартиры Яшиных, ее случайно обнаружила супруга жертвы преступления.

Токарев также уговорил приятеля пустить беспилотник, чтобы через окна поснимать обстановку внутри квартиры Яшиных. Второй раз беспилотник использовался для слежки за квартирой незадолго до убийства Яшина. Причем следует обратить внимание на то, что следил Токарев не за самим Яшиной, а именно интересовался его квартирой и в большинстве случаев именно тогда, когда хозяев не было дома.

Описанию его странных поступков можно посвятить немало времени. Большинство из них зафиксированы в материалах уголовного дела. Причем Токарев продолжал врать и вводить в заблуждение всех окружающих. Во время судебно-психиатрической экспертизы Токарева специалисты сделали вывод, что он имеет патологическую склонность ко лжи.

Не зря же в конце 2019 года Генпрокуратура РФ расторгла с Токаревым заключенное ранее соглашение, которое позволяло ему в обмен на признание рассчитывать на наказание ниже низшего предела — вместо 20 лет за убийство ему могли присудить 7-8, а в перспективе он мог бы выйти уже лет через пять по условно-досрочному освобождению. Судя по всему, даже Генпрокуратура устала от его бесконечного вранья. Однако следком упорно не хочет признать в Токареве мошенника и патологического вруна. Несмотря на все изложенные факты и заключение экспертов, обвинение продолжает на основе его показаний строить обвинение против Евстафьева.

С самого начало был настрой «обвинить и посадить»

В ходе предварительных слушаний по делу адвокатам Евстафьева удалось приобщить к материалам дела целый ряд доказательств, которые следствие упорно не принимало во внимание. Среди них — к примеру, диски с информацией с телефонов всех подозреваемых.

— Согласитесь, было бы логично в первую очередь проверить историю звонков и переписку человека, если он в чем-то подозревается. Особенно в нашем случае, когда главным предметом доказывания по уголовному делу в части обвинения Евстафьева остается вопрос – был Евстафьев вообще знаком с Токаревым, встречался с ним, или нет, - задается вопросом Филюс Исмагилов.

Это легко установить, проверив телефоны обоих: если номера их телефонов находятся в списке контактов, имеется переписка между ними, а биллинги показывают, что они в одно и то же время находились в одном и том же месте, то можно было бы утверждать, что они знакомы и встречались друг с другом.

- Однако, как ни странно, пока шло следствие, эти диски два года лежали без движения, хотя там содержалось немало полезной для расследования информации. Не был проверен биллинг телефонов. Не были изучены контакты и переписка Евстафьева и Токарева, несмотря на то, что того требовала защита, а Сергей Евстафьев с первого дня заявлял, что не знаком с Токаревым и их пути не пересекались. О чем это говорит? На наш взгляд, о том, что следствие учитывало только те доказательства, которые согласуются с обвинительной тактикой, — отметил Филюс Исмагилов.

Адвокаты заявили, что ими после завершения расследования и изучения материалов уголовного дела самостоятельно были проверены контакты, переписка и биллинги телефонов Токарева и Евстафьева из которых следует: они никогда не созванивались, не переписывались и их пути никогда не пересекались.

В качестве примера отношения к делу следствия, защита Евстафьева приводит также сцену, происшедшую вскоре после задержания Сергея Евстафьева - в кабинет, где он находился, завели Токарева, которого ранее Евстафьев никогда не видел. Очевидно, что и Токарев ранее не видел Евстафьева, для этого его и привели - чтобы смог впоследствии опознать Евстафьева.

Если бы действительно были хоть какие-то основания подозревать Евстафьева в причастности к этому преступлению, следовало в первый же день провести процедуру опознания так, как это предусматривает закон – с участием понятых и статистов. Токарев не смог бы опознать Евстафьева, которого ранее не видел и для Евстафьева вся эта история закончилась бы в тот же день. Однако следствие не спешило поступать по закону, оно устроило эту встречу, которая никаким законом не предусмотрена. Зато опознание после этого проводить стало бесполезно.

— Вот еще один интересный момент. Токарев сообщил следствию, что Евстафьев якобы заплатил ему 200 тысяч рублей, а 1 миллион 800 тысяч обещал позднее. Почему бы не устроить им встречу и не задержать с поличным, если эти слова Токарева правдивы? — задаются вопросом адвокаты. — Однако такой мысли у следователей не возникло. Почему? Вряд ли из-за недостатка профессионального опыта.

По мнению адвокатов, следствие вообще велось весьма странным образом. Мало того, что важные вещдоки подолгу не изучались, из дела пропадали документы, не соответствовавшие стратегии обвинения.

Адвокаты привели еще один характерный пример. Из материалов уголовного дела следует, что в день убийства Яшина следственная группа первым делом произвела осмотр служебного кабинета Яшина, откуда изъяла сейф, в котором предположительно находились документы и сотовый телефон, которым пользовался Яшин, а также документы, хранившиеся в кабинете. Сотрудники полиции, участвовавшие в этом мероприятии, были допрошены и подтвердили данное обстоятельство. Однако впоследствии сейф вместе с телефоном пропал, как пропали все изъятые документы – их нет в материалах уголовного дела.

Из материалов дела был незаконно удален и сам протокол этого изъятия. Супруга Яшина на допросе также показала, что Яшин хранил сотовый телефон на работе в сейфе. Таинственным образом протокол ее допроса с показаниями об этом телефоне тоже пропал из материалов уголовного дела. Аналогично из уголовного дела пропали и другие доказательства, которые не укладываются в версию следствия о причастности Евстафьева к совершению преступления.

Сергей Евстафьев и его защитники неоднократно заявляли о фабрикации уголовного дела. В связи с тем, что все обвинение Сергея Евстафьева основано только на показаниях Токарева, защита с первого дня требовала проведения очной ставки между ними. Каждый раз следствие в этом отказывало.

- В результате очные ставки Евстафьева с Токаревым и Ахмаметьевым были проведены только через полтора года, после наших многочисленных жалоб, — говорит Айрат Хикматуллин. — Почему их не проводили раньше? Видимо, всё по той же причине: следствие очень боялось, что выдуманные для Токарева показания «посыпятся», так как не выдержат ни одного конкретного вопроса со стороны Евстафьева и его адвокатов.

По их словам, так оно и вышло - при проведении очных ставок Токарев начал путаться, отвечая на вопросы Евстафьева и его защитников, он был не способен отойти ни на шаг от придуманной версии, и следователю не осталось ничего другого, как отводить вопросы защиты.

- Следователем были отведены в общей сложности около шестидесяти наших вопросов. Например, нам не дали задать Токареву вопросы, направленные на разоблачение оговора, хотя в соответствии с Венской конвенцией любой человек имеет право опросить того, кто обвиняет его в преступлении. Всё, что мы сегодня рассказали, — это лишь малая часть нарушений следствия, о которых мы заявляли на предварительных слушаниях, - 3заявил Айрат Хикматуллин. - На наш взгляд, всё это красноречиво свидетельствует о том, что всё обвинение, выдвинутое против Евстафьева, — это фабрикация! Мы постараемся доказать это в суде и очень надеемся, что суд присяжных внимательно рассмотрит дело, и от него не скроется вся надуманность и ложность обвинения, предъявленного Евстафьеву.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter