Глава минздрава Башкирии Максим Забелин объяснил причину десанта московских врачей

Глава минздрава Башкирии Максим Забелин объяснил причину десанта московских врачей
27 июня 2019, 16:46ОбществоЛилия КлюковскаяФото: Артур Салимов / Mkset.ru
Корреспондент Медиакорсети встретился с министром здравоохранения Башкирии и обсудил кадровые перестановки, проект «Земский доктор», раннее выявление онкологии и развитие медицинского туризма.

О команде, кадрах и проектах

- Максим Васильевич, вы полгода в Башкирии. Какие впечатления, выводы, к чему не были готовы?

- Впечатления положительные. Регион, однозначно, хороший. Коллектив сложный — есть определенные традиции. У нас есть понимание того, что мы хотим сделать и какие проекты планируем. Кто-то к этому относится на «ура», кто-то с определенной осторожностью, кто-то со скепсисом…

- Под «своими проектами» вы подразумеваете те, в которых ранее имели опыт, и которые вы сейчас хотите внедрить?

- Да, в том числе и те, которые мы ранее делали. Они реализуются в соответствии с задачей, которую поставил глава региона Радий Хабиров. Мы активно работали в проектах «бережливая поликлиника», «бережливое производство», «умный стационар» — это то, что мы делаем сейчас и дальше продолжим. Здесь коллеги имеют свой определенный опыт и различные управленческие решения в области работы с молодыми специалистами, с кадрами.

- Достаточно ли кадрового резерва?

- Если бы у нас был достаточный кадровый резерв — у нас бы не было дефицита кадров. У нас на начало года — более тысячи человек не хватает.

- Это может быть связано с предыдущими решениями по сокращению медицинского персонала?

- Скорее это ситуация в целом по стране. Я не думаю, что это обычная оптимизация.

Есть же государственный и частный сектор. У нас примерно одна треть медицинских услуг, которые получают все граждане вне зависимости от места жительства (в крупных мегаполисах — больше, в селах –меньше) — предоставляются специалистами частной медицины. Потому что треть выпускников не идут работать в государственные медицинские учреждения.

О земском докторе и десанте московских врачей

- Ваш предыдущий опыт работы в Курске и Москве позволяет широко мыслить в плане развития медицины в отдаленной глубинке? Башкирия — это не только Уфа и другие города, это еще и леса, даже тайга, множество рек, степи и горы. И везде есть райцентры и маленькие деревни. Будет ли продолжение проекта «Земский доктор»?

- Я до семнадцати лет жил в деревне, затем служил в вооруженных силах — это тоже определенные сложности для восприятия. Лишь в последнее время работал в крупных мегаполисах.

Фото:Артур Салимов Mkset.ru

Проект «Земский Доктор» имеет федеральное значение. Даже у нас он стартует порядком пяти лет — но при этом то количество участников, которое хотели бы — не могли попасть, потому что было определенное ограничение. То есть, на каждый субъект давали определённую разнарядку. Сто земских врачей, тридцать фельдшеров — на этом всё.

У нас в реестре сейчас 174 человека, но при этом мы понимаем, что из этого количества примерно сто человек то ли не определились, то ли думают, что этого не произойдет, полагая, что это предвыборный лозунг. При этом у нас вышло постановление правительства, оно финансово обеспечено: 150 человек в этом году получат земский миллион за «старые заслуги», и эта программа будет тиражирована еще минимум на два года.

- За былые заслуги — это выплата обещанной задержки мотивации?

- Да, у нас были коллеги-целевики, которые по нашему закону должны отработать минимум три года. Но при этом они работают в сельской местности. И рады бы получить этот миллион, но не могут. А сейчас они остались, уже отработали, у кого-то появилась семья… Чтобы человека закрепить и дополнительно стимулировать, ему выплачивается эта мотивация. Тем более, что сейчас идет активное переманивание врачей первичного звена, узких специалистов не только внутри нашей республики — с района на район, но и между субъектами Российской Федерации.

Фото:Артур Салимов Mkset.ru

Общаюсь с коллегами, которые работают в минздравах других регионов, они также подтверждают: идет определенная борьба за специалиста. В одном регионе дают миллион рублей, в другом дают привилегию на жильё, например, на Сахалине дают два миллиона, но и отработать нужно пять лет.

- Городские управленческие кадры: с чем связан десант иногородних докторов? Могли ли наши уфимские хирурги, например, занять должность заведующего хирургическим отделом Дёмской больницы?

- Среди того коллектива, который работал в Дёмской больнице, уровень хирургов гораздо слабее, чем у приехавших коллег. Я не скрываю, что они пришли с моей подачи и с определенной протекцией — пришли коллеги, которые давно уже делают операции в других стационарах. При этом Демская больница ничем не отличается от 21-й, от 17-й — ни по составу пациентов, ни по техническому оснащению.

- В советский период, считалось, что приехавший из Москвы врач — это светило. Ассистировать хорошему хирургу из столицы — было своего рода успешной практикой. Почему сейчас, на ваш взгляд, приезд московских специалистов вызывает некий диссонанс среди ваших коллег?

- Мне кажется, что это зависть человеческая. Приехала молодая команда — там три человека. Остепенённые люди, которые начали оперировать современными, малоинвазивными способами: проводить эндовидеохирургические операции, выполнять манипуляции под ультразвуковым рентген-контролем без больших оперативных доступов. То есть применять щадящие, современные, косметические, высокотехнологичные методы. Причем при минимальном наборе медоборудования. Это практическим железнодорожная больница — там не было таких вливаний, как в РКБ ли в 18-ую больницу. Теперь там проводится тот же объем операций, как в любом ведущем стационаре Москвы.

Об увольнении хирургов, онкологии и ГЧП

- Многие врачи до осени прошлого года были поставлены командой бывшего главы Рустэма Хамитова. Ни для кого ни секрет, чьими протеже они были. Замена врачей сейчас — связана с желанием видеть своих людей, кому можно доверять?

- Уровень заведующего отделения — это не тот уровень управленческого звена, который определяет такие большие процессы. Это рядовой сотрудник, который выполняет свою задачу 24 часа в день, 7 дней в неделю, 365 дней в году. Если вы заметили, у нас нет больших кадровых резких движений. Большинство главных врачей, которые проходят у нас плановые переназначения — они остаются. Да у нас есть приверженность к обновлению кадров, у нас создан молодежный совет, председатель молодежного совета у нас назначен сейчас исполняющим обязанности главного врача городской больницы города Нефтекамска с испытательным сроком, один из членов молодежного совета уехал в один из самых отдаленных районов Башкирии работать в больницу, в которую ни один человек не приехал, пока мы не назначили его.

Появился «кадровый резерв управленцев» — это те заместители, которые попали под сокращение. Мы столкнулись здесь с тем, что у одного главного врача доходило до одиннадцати замов!..

- С однокоренными фамилиями?

- Мы подошли к этому вопросу не по личностному фактору. Мы доложили Радию Хабирову, который потребовал привести в соответствие наши потребности и затраты.

- Прежний главный врач онкодиспансера Руслан Султанов сейчас тоже в вашем резерве?

- Нет, он перешел работать в НИИ по информатизации в Москве.

- Своим методом управления Вы мне напоминаете Руслана Закировича: он тоже начинал в диспансере с увольнения прежних хирургов.

Хорошо, давайте поговорим про новшества в диспансеризации. На мой взгляд, проверка женщины детородного возраста раз в три года демографию нашу не спасет. Онкологию нужно выявлять на ранних стадиях, разве нет?

- Приказ минздрава четко регламентирует периодичность диспансеризации. Диспансеризация — это ранний скрининг или иначе говоря раннее выявление предшественников возможного заболевания. Новый приказ добавил и другие исследования. В мае увеличен перечень услуг, увеличена частота, сделан больший акцент на онкологию. Обратили больше внимания и на мужское здоровье.

Глобально ежегодно проверять всех женщин с 18 до 40 лет государство не готово. Но имеющиеся мероприятия все научно обоснованы.

Если говорить про онкологию, у нас есть большая программа, она нацелена не только на развитие одного направления онкодиспансера. Сейчас готовится 13 центров с компетенциями для первичного звена — центр амбулаторной онкологической помощи, где сейчас проходит переоснащение. Затем в этом году у нас откроется 4 центра в Башкирии.

В 2024 году будет минимум 13 центров, которые будут иметь возможность постановки диагноза, начала лечения с акцентом на химиотерапию. По онкоцентру стоит задача в рамках нацпроекта — строительство и ввод в эксплуатацию палатного корпуса с поликлиникой. Это позволит сделать более доступное условие пребывание, уменьшит ныне существующие очереди.

В рамках сотрудничества с государственно-частным партнером совместно с группой компаний «МедИнвест» (относится к «ФармСтандарт») планируется строительство центра ядерной и лучевой терапии в Стерлитамаке. Юг республики будет обеспечен лучевым облучателем и ПЭТ- сканером.

Прорабатываются возможные варианты открытия подобного центра и на севере республики. Помощь приходит максимально ближе к пациенту.

В ближайшие два года постараемся уйти от очередей на прием онколога и прекратим стекание всех пациентов в Уфу в онкоцентр. В Уфу будет необходимо лишь подтвердить первичный диагноз. Активно будем использовать телемедицинские консультации, дистанционное получение заключений.

Также в плане приближение помощи к пациенту работает проект «Поезда Здоровья». Мы разделили формально республику на 4 зоны и запустили выездную диспансеризацию. Автопоезда с узкими специалистами и диагностическим оборудованием направились на север, юг, запад и восток республики. Проект стартовал 20 апреля, финиширует в первых числах октября. За 2 месяца обследовано более 45 тысяч сельских жителей. По последней сводке выявлено 12 случаев туберкулеза, более 150 случаев злокачественных новообразований, более 200 случаев сахарного диабета.

- Медицинский туризм в Башкирии имеет перспективы развития?

- Да, конечно. Наш кардиоцентр в ПФО при обновлении своей материально-технической базы и условий содержания вполне конкурентоспособен. Есть интерес к нашим учреждениям и к специалистам Института глазных заболеваний, онкологического и ожогового центров. Республиканская больница — является флагманом среди наших медицинских учреждений.

Мы рассматриваем медицинский туризм не только в плане лечения и санаторно-курортного оздоровления, но и ранней реабилитации. Это коммерческие межрегиональные взаимоотношения.

Продолжение интервью с министром здравоохранения республики Максимом Забелиным мы опубликуем 1 июля. Мы говорили о врачах скорой помощи, о вакцинах от бешенства и лекарственном обеспечении, о хосписе.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter