Непедагогично: в Уфе заведующую детсадом назвали мошенницей со слов подчиненной

Непедагогично: в Уфе заведующую детсадом назвали мошенницей со слов подчиненной

19 марта, 10:33ОбществоТатьяна МайороваPhoto: tv-rb.ru
На защиту педагога встали родители воспитанников дошкольного учреждения.

Нешуточная драма разыгралась в столичном детском саду № 219, из-за нее уже четыре месяца лихорадит и коллектив, и родителей, и даже отчасти детей. Воспитательница детского сада обвинила заведующую в том, что та незаконно обогатилась за её счет.

Заведующая категорически отрицает обвинения и считает, что подчиненная оговорила ее, чтобы отомстить. За нее вступились и другие работники детсада, и даже родители воспитанников, которые, собственно, и обратились в нашу редакцию с просьбой разобраться в этой запутанной истории.

Цена вопроса — 12 тысяч рублей

Воспитательница детского сада Марина В. в конце прошлого года обратилась в правоохранительные органы с заявлением о том, что ее руководитель — заведующая детским садом № 219 Зульфира Загидуллина провернула аферу и потратила незаконно ее (Марины В.) средства — а именно 12 тысяч рублей.

Механизм аферы, которую, по словам обвинительницы, устроила Загидуллина, следующий: якобы в декабре 2018 года завхоз детсада сообщила Марине В., что ей была начислена повышенная премия, и излишки в сумме 12 тысяч рублей следует передать заведующей, чтобы та потратила их на нужды садика.

При этом заявительница Марина В. убеждена, что Зульфира Загидуллина потратила полученные таким нечестным путем средства вовсе не на нужды детсада, а на удовлетворение собственных потребностей.

Этого заявления хватило, чтобы жизнь в детском саду перевернулась с ног на голову. Выемки документов и обыски, допросы и прочие следственные мероприятия совершенно выбили всех сотрудников из колеи. Кроме разве что заявительницы Марины В., которая, по словам коллег, теперь ведет себя как хозяйка положения.

Обо всем этом сотрудники детского сада говорят только на условиях анонимности, открыто выразить свою поддержку Зульфире Мидхатовне они опасаются.

Затянувшееся увольнение

У подследственной есть свое объяснение ситуации, которая легла в основу уголовного дела. Об этом она сообщила в жалобах, поданных в прокуратуру Башкирии и следком России (документы есть в распоряжении редакции).

По ее словам, получается, что в январе 2018 года Зульфира Мидхатовна вместе с воспитателем Мариной В. проходили платное обучение методике преподавания ментальной арифметики. За курсы Зульфира Мидхатовна тогда внесла свои личные средства за обеих. Впоследствии же В. через кого-то из сотрудников детского сада передала внесенные за нее деньги. Все подтверждающие документы Загидуллина представила.

Известно также, что до поры до времени между ней и Мариной В. были вполне мирные отношения. «Черная кошка» между заведующей и воспитательницей пробежала после того, как одна из родительниц написала жалобу на Марину В., в которой указала, в частности, что воспитательница наказывает детей, запрещая им ходить в туалет, из-за этого ее ребенок начал мочиться в штанишки.

Проверка у детского уролога показала, что мальчик здоров, и причиной мокрых штанишек может быть, скорее всего, пережитый стресс. Мама решила утром ненадолго задержаться в садике, после того, как отвела сына в группу, и услышала, как Марина В. кричала на малышей. После этого она написала новую жалобу на воспитательницу. у Зульфиры Мидхатовны состоялся долгий разговор с Мариной В., и последняя 22 ноября 2019 года написала заявление об увольнении по собственному желанию.

Следствие покажет…

А потом начали происходить события, которые обернулись арестом заведующей. Можно только предполагать, к какому могущественному человеку могла обратиться Марина В., но уже 12 декабря в детском саду впервые побывали сотрудники полиции, переполошив всех своим посещением, а 23 декабря заведующую вызвали в следком. 27 декабря в детском саду прошел финальный педсовет за 2019 год, на котором Зульфира Мидхатовна объявила о поступивших на Марину В. жалобах от родителей и о том, что та написала заявление об увольнении по собственному желанию, которое заведующая намерена удовлетворить.

Уже через несколько минут после этого Зульфире Мидхатове позвонил на сотовый следователь, проводивший доследственную проверку по заявлению Марины В., и пригласил явиться к нему. Заведующая сообщила, что в данный момент не может отлучиться с работы и попросила перенести встречу. Тогда следователь сам пришел в садик — благо, он располагается совсем рядом с Калининским районным следкомом.

«Он попросил не увольнять воспитателя. При этом намекнул, что мой „вопрос решается“. Удовлетворяя личную просьбу следователя, я не стала увольнять Марину В., хотя поданное ею заявление было законным на то основанием, и уже был подготовлен соответствующий приказ. 30 декабря я пришла к следователю в расчете на то, чтобы забрать изъятые ранее документы. Я полагала, что проверка в моем отношении завершена, и, как говорил следователь, „вопрос решается“. Однако он заявил, что все документы переданы в УМВД России по г. Уфе и предложил звонить туда», — так изложила ход событий в своей жалобе Зульфира Загидуллина.

«Я всего лишь выполняю свою работу»

Уже после нового года, в январе, от родителей малышей поступила еще одна жалоба — на сей раз на логопеда. Но как только заведующая попросила преподавателя написать объяснительную, на горизонте вновь возник тот же самый следователь, заявивший, что Зульфира Мидхатовна мешает оперативной работе, третирует коллектив и инициирует жалобы от сотрудников.

«Я ответила, что всего лишь выполняю свою работу и не занимаюсь организацией жалоб в отношении возглавляемого мною же образовательного учреждения», — говорится далее в тексте обращения Зульфиры Загидуллиной.

16 января в администрацию Калининского района Уфы поступило обращение от следственного комитета с просьбой отстранить Загидуллину от работы. От такого известия Зульфире Мидхатовне стало плохо, и она ушла на больничный.

25 февраля в отношении нее было возбуждено уголовное дело, 26 февраля заведующую вызвали в администрацию Калининского района Уфы, где, по ее словам, настойчиво предложили уволиться. Причем этот тяжелый разговор длился около трех часов и обернулся для Зульфиры Мидхатовны новым больничным. Увольняться она отказалась, так как не чувствовала за собой никакой вины.

Наручники для педагога

То, что происходило дальше, если следовать классике жанра, можно было бы назвать психологическим давлением. Когда Загидуллина, будучи на больничном, пришла вместе с адвокатом на допрос, следователь отправил женщину на 48 часов в изолятор временного содержания как злостную преступницу.

4 марта состоялось судебное заседание, на котором следователь настаивал на заключении Загидуллиной под стражу в СИЗО. Судья продлил задержание пожилого педагога еще на 48 часов и перенес заседание, попросив следователя представить более веские доказательства намерений Загидуллиной скрыться от следствия, нежели наличие загранпаспорта.

Как следует далее из жалобы Загидуллиной, отправленной главе следкома России Александру Бастрыкину, на протяжении следующих двух суток в ИВС приходил оперуполномоченный и требовал, чтобы Зульфира Мидхатовна признала свою вину, но та стояла на своем.

«Так жестоко со мной за всю мою жизнь никто не поступал», — написала она в жалобе.

На следующий суд приехали тележурналисты и, как считает защита Загидуллиной, благодаря их присутствию, Зульфире Мидхатовне изменили меру пресечения, все-таки поместив ее под домашний арест.

— В этом деле есть еще один щекотливый момент, — уточняет адвокат Искандар Кабиров. — Мы подавали ходатайство об отводе следователю, поскольку его ребенок посещает данный детский сад и, значит, отец может быть пристрастен в своих выводах. Однако мы получили отказ.

Кто «рулит» процессом?

Читаем жалобу Загидуллиной дальше и продолжаем теряться в догадках, кто же все-таки стоит за воспитательницей, чье телефонное право оказалось настолько безгранично, что 54-летнего уважаемого педагога, у которого целая коллекция всевозможных наград и дипломов, закрыли в ИВС, а ее подчиненным, по их словам, показывали видео, как начальницу уводят в наручниках, и предупредили, что «с ними будет то же самое», если не дадут нужные показания?

— К чести сотрудников садика надо сказать, что они не испугались и пришли в суд поддержать своего руководителя, хотя и получили потом повестки на допрос, — рассказал адвокат Искандар Кабиров. — Помимо этого, в поликлинике моей подзащитной отказались продлить больничный лист, заявив, что женщина абсолютно здорова, хотя ранее ей ставили диагноз: ишемия головного мозга, серьезные заболевания сосудов головного мозга и нервной системы. За время пребывания в ИВС состояние Зульфиры Мидхатовны явно не улучшилось, однако врачи этого словно не заметили.

С какого уровня могла поступить просьба «помочь молодому и несправедливо обиженному специалисту», что чиновники, стражи порядка и даже врачи не смогли возразить? Предполагать дальше даже страшно.

У Зульфиры Мидхатовны, 36 лет проработавшей в педагогической сфере, и ее супруга, который трудится на заводе, таких связей, конечно, нет. При этом слишком уж много простых людей готовы ее поддержать. Например, родители воспитанников детского сада готовы едва ли не пикеты устраивать ради ее спасения.

Она была педагогом в моей школе. Чего-то плохого о человеке я сказать не могу. У нас прекрасный садик. Она сама заботится обо всем, цветы сажает, красоту создает. Здесь настолько уютно, что мы приводим детей и не переживаем, — высказался от имени большой делегации родителей мужчина по имени Денис Мороз.

Тем временем Марина В., которая в конце прошлого года была на грани увольнения после жалоб родителей на ее отношение к детям, внезапно в начале марта получила от районной администрации почетную грамоту за добросовестный труд.

…Мы, будучи журналистами, а не юристами, не беремся судить о том, насколько соответствует действительности всё, что Зульфира Мидхатовна изложила в своих жалобах. Мы не утверждаем, что она во всем права. Однако придумать такое нагромождение интриг в ее прединсультном состоянии, как нам кажется, крайне затруднительно. И мы не видим поводов не доверять мнению поддержавших ее воспитателей и родителей маленьких детей. Поэтому мы посчитали важным сделать содержание жалобы уважаемого и заслуженного педагога достоянием гласности и привлечь к нему внимание.

Никаких комментариев до конца следствия, само собой, от правоохранительных органов пока быть не может. Это тоже понятно. Хотелось бы надеяться, что следствие разберется в происшедшем и сможет расставить все точки над «i». Либо ему поможет установить истину проверка из центрального аппарата федерального следкома, куда ушла жалоба Зульфиры Загидуллиной.

Медиакорсеть следит за ситуацией.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter