Забытый полк. Милицейские лошади могут стать бездомными

Забытый полк. Милицейские лошади могут стать бездомными

18 августа 2009, 20:24
Общество
Без крыши над головой через месяц останутся лошади, работающие в уфимской конной милиции. Дело в том, что на нынешнем месте жительства – лазарете ипподрома «Акбузат», скакуны обитают на «птичьих правах». Своих конюшен у полковых лошадей нет, поэтому стражам порядка для девяти питомцев приходиться арендовать карантинную конюшню у ипподрома. Однако в конце лета ипподром обещает выселить милицейских лошадей, и где они проведут зиму - неизвестно.

Ход конем

 

Конная милиция появилась в Уфе десять лет назад. Такие же патрульные службы есть в Нефтекамске и Сибае. Конные милиционеры патрулируют пляжи, парки и городские леса, там, где не пройдут автомобильные и пешие патрули. Пока в милицейской кавалерии девять рысаков. Еще семь животных привезут из Ростовского конехозяйства в сентябре.

В полк ППС города рекрутируют не всех лошадей, например, жеребцы башкирской породы не подходят для службы из-за низкорослости. Патрульный конь должен быть только мужского пола в возрасте от 3 до 6 лет, высотой в холке не ниже 165 сантиметров, тракененской, буденовской или донской породы, уже объезженный и имеющий все прививки. Срок жизни таких лошадей – 30 лет и на пенсию они выходят за три года до смерти.

Строевая лошадь – целое состояние. Закупаемые этим летом животные обошлись городской казне почти в сто тысяч рублей за голову.

Командир отряда Иван Никитин поясняет, что это еще недорого, даже цена лошади, которую отправят на мясокомбинат не менее 50 тысяч рублей. Многие поступающие на службу в уфимскую милицию животные имеют в своих родословных не одно поколение спортивных скакунов. 

- Вот Орловский рысак, в этом году куплен, - главный конный милиционер Уфы стучит ладонью по двери одного из денников, а в ответ раздается ржание и цоканье копыт. -  Это  конь очень смелый, полезет в любую толпу, никого не боится.

Кстати, как и в любом замкнутом мужском коллективе среди рысаков существует своя дедовщина. Прямо на наших глазах два самца чуть не сцепились друг с другом, и только грозный окрик командира предотвратил драку.

Лошади моментально встали как вкопанные, словно ничего не случилось.

- Запросто могут подраться до крови, и даже загрызть друг друга насмерть, - пояснили нам.    

Серый в яблоках жеребец воспользовавшись тем, что его упустили из виду, запускает голову в кучу свежих опилок, чуть ли не до смерти перепугав мирно спящую в стружках кошку.

- Ну-ка, перестань! – прикрикнул на него командир отряда.

Конь воровато оглянулся, поднял остроконечные уши и больше не смел баловаться: дисциплина в милиции жесткая даже среди лошадей.

- Вообще у наших воспитанников мало радостей, - жалеет подопечных г-н Никитин. - Они видят только работу и свой денник. – Мы их подбадриваем как можем, морковкой или кусочком сахара, а если выпустишь поваляться в песке – для лошадей это настоящий праздник.

 

Хозяин бездорожья

 

«Лошадиное» патрулирование начинается в 4-5 утра и заканчивается поздней ночью. Однако каждый конь, как и его наездник, работают не более 5-6 часов. Сидеть столько времени в седле не каждый способен. Как выражаются сами сотрудники ППС – пятая точка за время работы просто деревенеет.

Поэтому в отряд стараются набирать жителей сельских районов, умеющих обращаться с лошадьми и привычных к седлу. Работа милиционера-кавалериста не самая высокооплачиваем – первое время «конник» получает около 3 тысяч рублей, затем 8-10 тысяч целковых.

Зимой милицейские лошади не работают, хотя способны трудиться пока не наступит минус 15 по Цельсию. Просто у уфимских милиционеров нет специального зимнего снаряжения, способного сберечь в морозы подопечных – нужны резиновые подкладки под подковы и зимние попоны.

- Если будет соответствующая амуниция – будем патрулировать и зимой, - говорит г-н Никитин.

Интересно, что к месту несения службы лошадей доставляют на собственном транспорте – конных повозках, которые цепляют к «уазикам». Так лошадь избегает стресса от городской суеты. Ходят патрули попарно – в случае необходимости вызывая по радиосвязи пеших милиционеров или автопатруль. Между тем, по маршрутам, где несут службу конные милиционеры, сократилось количество изнасилований, также стало меньше пьяных дебошей.    

Однако для Уфы конная милиция все еще экзотика. Не проходит и часа, как на фоне этих красивых и благородных животных одетых в специально пошитую милицейскую амуницию стараются сфотографироваться любопытные, а самих лошадей пытаются подкормить сладостями.

Оказывается, кони терпеть не могут передвигаться по асфальту, зато в природной среде у лошадей почти нет преград. Они легко пробираются сквозь бурелом городских лесов и радостно скачут по тропинкам лесопарков. Здесь полковые скакуны развивают скорость до 50-70 километров в час и способны настичь любого убегающего нарушителя порядка.

Но бывают капризы и у милицейских животных. Рысак с крутым нравом может запросто сбросить неумелого седока.

- Животное иногда приходиться наказывать, - рассказывает командир. – Но лошади хорошо понимают интонацию – стоит прикрикнуть и они моментально слушаются. Так что телесные наказания применяются крайне редко. 

Кстати, у милиционеров нет ни хлыстов, ни нагаек.  

 

Бега и копыта

 

Выводящего из стойла коня со странной кличкой Выпуск гордо сопровождает пушистая кошка. Причем скакун ступает очень аккуратно, опасаясь наступить на пушистый кошачий хвост. «Мурки» здесь на особом счету и это понимают даже лошади. Ведь без них породистых рысаков замучают мыши. Однако крысоловкам государственный паек не полагается, и они довольствуются охотой.

Питаются полковые кони нехитрым кормом – луговым сеном и фуражным овсом. Из фуража заваривают кашу, которую скакуны обожают. Любят лошадки морковь, сахар, яблоки и арбузы. Но эти лакомства редки в рационе служебных скакунов. 

Интересный факт – из-за многочисленных претензий со стороны коммунальных служб, милицейских лошадей во время массовых мероприятий сопровождают конюхи, обязанные тут же подбирать за подопечными испражнения. 

- Ну а в парках и лесах лишний навоз – на пользу природе, там и нет смысла убирать, - усмехается командир полка ППС УВД по городу Уфа Галим Рахимгулов.

Как и все животные кони часто хворают. Профессиональные болезни: грипп, лишай, проблемы с желудком и сердцем.

- Мой первый конь по кличке Рубин пал от заворота кишок, - вспоминает Иван Никитин, - Лег в деннике на спину и не смог встать. Должности ночного дежурного у нас нет, поэтому питомца не спасли.

А еще у конной милиции нехватка наездников. При дефиците обычных милиционеров ППС конников отправляют нести службу в стационарных постах. 

- Конечно, в идеале к каждой лошади должен быть прикреплен свой наездник, - сетует командир конного отряда. – Но у нас пока такой возможности нет.

 

Звери патриотов

 

Иван Никитин переживает за своих подопечных – финансирования едва хватает на пропитание.

- Овес и сено растут в цене, а финансирование – нет, - говорит г-н Никитин. – И никто не может объяснить, откуда взялись квартальные нормы стоимости корма, уже сейчас они занижены как минимум в два раза. 

Но больше всего Ивана Никитина беспокоит, что милицейские лошади вот-вот останутся без крыши над головой.

При входе на тренировочное поле «Акбузата» решетчатые ворота прикрыл охранник ипподрома.

- Пропуск есть? – спросил он, строго глянув на серого в яблоках рысака.  

- Есть-есть, у нас нет долгов, - поспешил сообщить командир отряда.

Уже на площадке для конкура милиционер пояснил, что полк ППСМ исправно оплачивает аренду денников, но каждый раз их просят подвинуться или переехать.

- За один год уже несколько конюшен поменяли, - жалуется г-н Никитин. – А без своего угла тяжело. Как только на ипподроме начинаются бега – нас просят убрать своих лошадей, а недавно и просто заявили – убирайтесь.

Сейчас милицейская конница квартируется в лазарете «Акбузата», другого места на ипподроме для служебных рысаков не нашлось. И уже в конце августа им придется покинуть арендованные денники. Администрация ипподрома четко дала понять, что продлевать аренду конюшен для милицейской кавалерии не намерена.

- Нас самих мучает жилищный вопрос: ипподромовские конюшни рассчитаны на 108 лошадей, а нужно как минимум 320 мест, - разводит руками заместитель директора ипподрома Владимир Артомонов. – Приезжающие в Уфу на соревнования лошади спят в своих автофургонах, потому что конюшни «Акбузата» переполнены. Милицейские лошади находиться в карантине – лечебном учреждении, которое должно быть всегда свободным, и мы уже получили предписание от ветеринарных органов очистить лазарет.

Между тем, в конце лета конный отряд увеличиться вдвое за счет пополнения из Ростова на Дону.

Положение может спасти строительство конюшен для милицейских лошадей в парке Гафури. Там уже давно существуют летние денники.

На этом месте планируется возвести капитальный отапливаемый дом для животных, строительство которого оценили в четыре миллиона рублей.

Проект поддержала мэрия Уфы, однако пока никаких конкретных мер не принято. Если за оставшиеся до холодов месяцы в парке не возведут конный комплекс для ППСМ, здоровье полутора десятка специально обученных лошадей окажется под угрозой.

Дмитрий КОЛПАКОВ.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter