Педофилия+мошенничество: в Уфе суд отправил за решетку производителя профнастила

Педофилия+мошенничество: в Уфе суд отправил за решетку производителя профнастила
11 февраля , 16:03ОбществоТатьяна МайороваФото: Mkset.ru
В Башкирии бывшие родственники и партнеры по бизнесу сначала обвинили предпринимателя в педофилии, а затем в мошенничестве.

Калининский районный суд Уфы вынес приговор по уголовному делу против предпринимателя Александра Киселева, который обвинялся в мошенничестве и фальсификации доказательств. Решение судьи стало шоком для всех, кто хоть немного знаком с этой скандальной историей.

В этом деле изначально чувствовалось участие юристов с недюжинной фантазией, виртуозно жонглирующих фактурой и сплетающих из нее замысловатые сюжеты с обвинительным уклоном. Их фантазии хватило даже на обвинение в педофилии.

- Они, конечно, очень способные ребята, этого нельзя отрицать. Сначала эти люди работали на меня, а потом перешли на сторону конкурентов. Лично я считаю их предателями, потому что доверял им, а они меня фактически продали со всеми потрохами, - так комментировал ранее ход дела сам Александр Киселев, абсолютно уверенный в своей правоте. – Но что бы они ни придумали, мне долгое время удавалось доказывать свою правоту. Правда, очень жалко тратить на всё это время, которое нужно для реальной работы.

Превратности суда

Попасть на этот судебный процесс оказалось не так-то просто. Сначала судья Венера Гаетова отказала журналисту в присутствии на процессе. Когда же позднее удалось согласовать данный вопрос на всех уровнях, воспротивился гособвинитель и внезапно устроил настоящий допрос журналисту, допытываясь, откуда мы узнали об этом деле и что собираемся о нем написать. Таким образом участники процесса, сами того не желая, сделали всё, чтобы мы очень заинтересовались данным делом и изучили его самым пристальным образом.

Суть очередного обвинения, которое было предъявлено Александру Киселеву, заключается в следующем: якобы он сделал фальшивый договор купли-продажи доли бизнеса, который когда-то был общим с людьми, заявившими теперь о подделке документа. Речь идет о предварительном договоре, который явился помехой на пути его конкурентов, постаравшихся еще в 2015 году прибрать к рукам имущество Киселева.

Выступавший в Калининском райсуде представитель прокуратуры построил обвинение на результатах трех экспертиз, ни одна из которых, к слову, так и не смогла точно определить, когда же был изготовлен исходный предварительный спорный документ. Всё же это не помешало гособвинению на основе выводов одного из экспертов заявить, что подписи договоров (принадлежащие Киселеву и бизнесмену, намеревавшемуся купить у него бизнес) могли быть сделаны с мая по сентябрь 2017 года, то есть значительно позднее 2015 года.

Изумил и еще один аргумент гособвинителя, охарактеризовавшего предпринимателя, которому Киселев хотел продать свою долю помещений.

У него не могло быть таких средств. Он не был похож на лицо, которое может иметь в своем распоряжении 500 тысяч рублей, сообщил в суде на полном серьезе представитель обвинения Артур Салимов.

Защита Киселева располагала более весомыми доводами. Оказалось, достаточно изучить материалы дел, рассмотренных ранее в других судебных инстанциях, чтобы найти в них упоминание оспариваемого договора еще в 2016 году, то есть задолго до обозначенной экспертами даты.

Богатые тоже прячут

Напомним, оспариваемый предварительный договор вызвал у оппонентов Киселева столь яростные претензии, потому что стал препятствием при отъеме имущества. По этому поводу Киселев тоже ранее обращался в полицию и обвинял конкурентов в мошенничестве.

По представленным ими бумагам получалось, что Киселев реализовал свои доли в нескольких помещениях бывшему партнеру по бизнесу Ивану Андреевичу Романову за 21 млн 600 тысяч рублей. Причем деньги покупатели якобы привезли ему домой наличными в коробке.

В этом деле много нестыковок, говорящих в нашу пользу. Так, например, Романов и его компания первоначально заявляли, что вся операция по переоформлению недвижимости была проведена 10 марта 2015 года в управлении Росреестра во время обеденного перерыва до 14.00. Но даже если допустить, что сотрудники Росреестра пожертвовали своим законным обеденным временем, чтобы оформить документацию, как же тогда объяснить официальные записи о том, что все бумаги были оформлены значительно позже, в 17.30? - рассказал адвокат Киселева Руслан Альмухаметов. –

Помимо этого, из биллинга телефонных соединений Александра Киселёва следовало: в тот день он был совершенно в другом месте и не созванивался со своим бывшим юристом Константином Соколовым, который якобы привез ему коробку с наличными. Интриги добавляет тот факт, что Соколов ранее работал на Киселева юристом по доверенности, но внезапно перешел на службу к конкурентам, возжелавшим заполучить имущество предпринимателя.

Как только Александр Николаевич узнал об этом, он тут же отозвал доверенность у Соколова. Поэтому предварительный договор о продаже своей доли имущества другому предпринимателю от 16 февраля 2015 года, который встал поперек дороги его конкурентам, он уже оформлял без участия Соколова.

«Извините за мой французский»

Гособвинитель в Калининском районном суде Уфы настоял на повторном допросе Ивана Романова и Константина Соколова в рамках процесса по уголовному делу против Киселева.

Корреспонденту Mkset довелось выслушать показания Константина Соколова. Мужчина заверял судью, что находится с Александром Киселёвым в нейтральных отношениях.

По поводу операции с переоформлением недвижимости от 10 марта 2015 года свидетель Соколов рассказал в суде свою версию событий. Он настаивал, что и Киселев, и Романов заказывали экспертизы для определения стоимости реализуемого имущества. Однако экспертиза, заказанная Киселевым, якобы не поспевала к намеченному сроку продажи помещений - к 10 марта 2015 года. По этой причине решено был определить стоимость реализуемого имущества, исходя из данных экспертизы, заказанной чуть ранее Иваном Романовым.

Цену согласовали Киселев с Романовым. Когда есть имущество, его ориентировочная цена обычно известна. Они созванивались, писали СМС-сообщения друг другу, пояснил Константин Соколов в суде.

Довольно снисходительным тоном свидетель отозвался о предпринимателе, которому Киселев решил продать спорное имущество до оформления той самой мартовской сделки в Росреестре.

Я его не знаю, не видел. По слухам, он бедноват… Предварительного договора о продаже ему Киселевым своих долей в помещениях я также не видел. Да, он был представлен в 2016 году в Кармаскалинском суде, но в 2015 году мне его на обозрение не давали… Это какой-то мифический договор… Если, как утверждает Александр Николаевич Киселев, данный предварительный договор был составлен ранее 10 марта, это значит, что он хотел меня подставить, когда поручил оформить сделку с Романовым, хотел меня «примотать». Извините замой французский, но это мои мысли, заявил свидетель Соколов, явно с трудом сдерживая в себе «нейтральное отношение» к Киселеву.

После этого выступления гособвинитель выступил с ходатайством о проведении экспертизы копии предварительного договора о реализации имущества от 16.02.2015 года, которая была обнаружена защитой Киселева в гражданском деле, рассмотренном в Кармаскалах в 2016 году. Гособвинитель заявил, что нужно ещё установить, насколько копия соответствует экземпляру предварительного договора, который уже успели объявить фальсификатом. Судья Венера Гаетова данное ходатайство удовлетворила.

Экспертиза обнаружила, что копия договора (из материалов дела от 2016 года) соответствует оригиналу в части основного текста, напечатанного на принтере, однако выявила расхождения в части подписей, сделанных от руки.

Александр Николаевич Киселев высказал предположение, что при подаче гражданского иска в Кармаскалинский суд в 2016 году копия была снята с другого экземпляра договора. Закон не ограничивает число копий предварительного договора, и по мере необходимости они могут подписываться сторонами в разное время. В любом случае было очевидно, что в 2016 году договор уже существовал. По закону любые сомнения должны трактоваться судом в пользу подсудимого. Однако судья Венера Гаетова проигнорировала наши аргументы и все-таки признала Александра Николаевича виновным в подделке документа и мошенничестве, прокомментировал адвокат Киселева Руслан Альмухаметов.

В итоге судья приговорила Киселева к лишению свободы сроком на 3 года 8 месяцев. Его взяли под стражу в зале суда к ужасу близких.

Как не родные

Какстало известно Mkset, на подходе еще одно судебное разбирательство против Александра Киселева. Оно намечено к рассмотрению в Кармаскалинском районном суде Башкирии и тоже имеет свою предысторию, которая может быть знакома читателям.

В очередном уголовном деле Александра Киселева обвиняют в изнасиловании четырех несовершеннолетних девушек, заявивших о совершенном предпринимателем преступлении спустя несколько лет. Стремясь покарать преступника, следствие не стало обращать внимание на тот факт, что пострадавшие к моменту заведения уголовного дела уже являлись вполне зрелыми девицами и занимались проституцией (сведения об этой пикантной стороне их жизни с расценками на услуги есть в открытом доступе на специальных сайтах). Об этой истории раньше много писали СМИ.

По словам Александра Киселёва, всё это нагромождение чудовищных по своей сути обвинений, которое обрушилось на него за последние 5-6 лет, имеет простое объяснение.

С Иваном Андреевичем Романовым мы вели общий бизнес с 1998 года, именно я тогда предложил ему заняться производством профнастила, металлосайдинга и металлочерепицы. В начале это стало общим семейным делом, поскольку Романов был моим тестем, рассказал Александр Киселев.

В 2006 году он развелся по взаимному согласию с бывшей женой. После расставания бывшие супруги продолжительный срок нормально общались, хотя у обоих уже появились новые семьи. Общий бизнес с семьей бывшей жены у Киселева продолжался еще целых шесть лет.

Резкое изменение произошло в 2012 году, как только Александр Киселев надумал вести дела самостоятельно.

Я стал получать угрозы, что «останусь без ничего и сильно пожалею». Меня обещали уничтожить морально, стереть и мой бизнес, и мою жизнь. Тогда я их серьёзно не воспринял, однако ошибся, как показали последние события, говорит Киселёв.

Цена доверия

До того, как Александр Киселев был взят под стражу в зале суда в декабре 2020 года, мы успели с ним пообщаться, не предполагая, что приговор в отношении него может оказаться обвинительным.

Александр Николаевич рассказал о других событиях, имеющих отношение к предъявленному обвинению. По его мнению, предварительный договор о продаже доли имущества другому предпринимателю от 16 февраля 2015 года, в подделке которого его теперь обвинили, является безусловным доказательством его невиновности.

В качестве ещё одного доказательства, говорящего в его пользу, стоит рассматривать решение Кармаскалинского районного суда РБ, подтвердившее: он не получал никаких денег в коробке ни от Романова, ни от Соколова, ни от кого бы то ни было.

В ходе нынешнего процесса в Калининском райсуде Уфы были допрошены юристы, представлявшие ранее интересы Киселева, и прочие свидетели. Как следует из текста приговора, судья Гаетова неизменно ставила их показания под сомнения, считая, что они могут специально поддерживать подсудимого. В то же время, как только заходила речь о показаниях свидетелей, выступавших на стороне оппонентов Киселева, сомнений в их искренности (опять же судя по содержанию приговора) у судьи не возникло.

При внимательном изучении их показаний, приведенных в тексте приговора, постоянно звучал глагол «предполагал» (или «предполагала») и в показаниях Ивана Романова, и в словах его дочери – бывшей жены Александра Киселева, и в показаниях других свидетелей, выступавших на их стороне. Однако эти предположения судью никоим образом не смутили и, судя по всему, даже укрепили в обоснованности обвинений.

Поначалу я владел 1/3 доли нашего общего с Романовым бизнеса. После развода с его дочерью я оставил ей половину данного имущества – то есть 1/6 его часть. Другая 1/6 часть по-прежнему принадлежала мне, её-то Романовы и решили отнять, уточнил Киселев.

В приговоре по данному делу периодически всплывают отсылки к обращению в Орджоникидзевский суд Уфы, которое ранее подавала юрист Шадрина от имени второй жены Киселева – Ксении. Судья часто делает акцент на том, что в этом деле предварительный договор о продаже Киселевым спорного имущества не фигурирует.

При подготовке того иска я передал юристу большой пакет документов, включая и этот предварительный договор. Если она его не упомянула, значит, не сочла нужным это сделать, потому что решила, что документ не имеет отношения к делу. Это и в самом деле так. Главным аргументом в нашу пользу стало то обстоятельство, что я в свое время (точно до марта 2015 года) подавал в Управление Росреестра распоряжение, чтобы сделки с моим имуществом не проводились без моего согласия, как и без ведома моей второй жены. Предварительный договор в том случае никакой роли не играл. То есть теперь получается, что судья Гаетова выстроила цепочку предположений и на их основании отправила меня за решетку? задается вопросом осужденный предприниматель.

Говоря о своем бывшем юристе Константине Соколове, Александр Киселев с трудом сдерживает крепкие выражения.

Я доверял ему, поверив рекомендациям моего бывшего помощника и водителя Сергея Александрова. В итоге они оба за моей спиной вели переговоры с Романовыми. Разве это не показательный факт? Однако показания того же Соколова у судьи никаких сомнений не вызвали, возмущался собеседник.

- Из текста приговора следует: Соколов при передаче Киселеву денег за проданное имущество (22 миллиона рублей, между прочим!) не оформил ни акта передачи денег, ни расписки. Он объяснил это тем, что якобы имел доверительные отношения с Киселевым. А потом рассказал следователю, что лично для обсуждения вариантов продажи имущества Киселев с Романовым не встречались, поскольку не хотели друг друга видеть. В суде Романов говорил, что стоимость имущества была определена по акту оценки, но не уточнил, что оценка датирована 18 марта 2015 года, то есть на неделю позже 10 марта – даты оформления сделки в Росреестре, - объясняет Киселев.

Примечательна и еще одна история – о том, что Соколовым был оформлен (несмотря на доверительные отношения с Киселевым) договор на оказание юридических услуг за проведение этой сделки. Свои услуги юрист оценил в 1 млн рублей и позднее пытался эти деньги отсудить у бывшего шефа. К счастью, сделать это не удалось. Более того - в 2019 году Советский районный суд Уфы принял решение о том, что Соколов должен вернуть Александру Николаевичу стоимость имущества, которое оформил без его ведома, именно из-за отсутствия доказательств передачи ему «миллионов в коробке».

Если, как говорит Соколов, он лично привез мне тогда коробку с наличными в сумме 21,6 млн рублей, почему же не вынул оттуда 1 млн рублей за свои услуги, как это обычно делается?.. Да и биллинг телефонных соединений опроверг его слова…Однако на эти и другие явные обстоятельства, говорящие в мою пользу ни гособвинение, ни судья Калининского суда Гаетова никакого внимания не обратили, констатирует Киселев.

Обвинительный приговор Калининского суда Уфы, осудивший Киселева на 3,8 года лишения свободы, был обжалован почти месяц назад, однако до сих пор дата рассмотрения апелляции в Верховном суде Башкирии не назначена. Московские адвокаты, которых привлекли к защите Александра Николаевича, изучили аудиозаписи судебных заседаний, проходивших в Калининском райсуде, и уже нашли там реальные признаки нарушений.

Тем временем

Не прошло и недели с того момента, как стало известно о задержании заместителя руководителя Уфимского районного управления полиции по подозрению в посредничестве при передачи взятки в размере 12,5 млн рублей. По данным Mkset, эта новость имеет непосредственное отношение к делу Александра Киселева, поскольку именно он был тем коммерсантом, от имени которого под контролем ФСБ передавали взятку. А получатели денег предлагали «разрулить» как раз то самое дело, о котором идет речь в данной статье. По мнению адвокатов, это обстоятельство, пусть косвенно, но всё-таки указывает на спорный характер обвинения, выдвинутого против Киселева в Калининском райсуде Уфы.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter