В Уфе в суде по делу об убийстве топ-менеджера УМПО кипят страсти вокруг «компромата»

В Уфе в суде по делу об убийстве топ-менеджера УМПО кипят страсти вокруг «компромата»

3 сентября , 09:10ОбществоТатьяна МайороваPhoto: Артур Салимов / Mkset.ru
В Верховном суде Башкирии продолжается допрос свидетелей обвинения по делу об убийстве заместителя коммерческого директора УМПО Юрия Яшина, совершенном два с лишним года назад.

Вчера, 2 сентября, продолжились слушания в Верховном суде Башкирии в рамках судебного процесса по громкому делу об убийстве заместителя коммерческого директора УМПО Юрия Яшина, совершенном 20 июля 2018 года.

Напомним, судебные заседания проходят с участием присяжных заседателей, которые внимательно слушают показания свидетелей по делу. Такие процессы с участием присяжных для Башкирии пока являются редкостью.

Несколько раз в ходе заседания судья Ильгиз Ахметдинов просил присяжных удалиться из зала, пока гособвинители или адвокаты выступали с ходатайствами зачитать показания, которые были даны свидетелями ранее, во время следствия. По их мнению, имели место существенные противоречия с тем, о чем свидетели рассказывали в суде теперь. Присяжные терпеливо покидали зал, а после возвращения внимательно слушали оглашаемые показания из материалов дела и попутно делали пометки в своих блокнотах, чтобы они потом пригодились при вынесении вердикта.

Кстати, поскольку судья запретил вести в суде фото и видеосъемку, мы пригласили в качестве иллюстратора событий художницу Наталью Якунину, она постаралась зафиксировать наиболее интересные эпизоды процесса и его участников.

«Третьестепенное место за столом»

Сегодня максимум внимания в суде было уделено трем родственникам убитого — мужу старшей дочери Юрия Яшина Екатерины, его отцу, а также свекру младшей дочери Яшина Ульяны. В основном они все повторили историю, рассказанную накануне в суде вдовой Яшина и его дочерьми.

Фарит Сатлыков представился как сват Яшиных, отец Тимура, мужа их старшей дочери. Он поделился своими воспоминаниями о дне гибели Юрия Геннадьевича.

— После того, как выяснилось, что Юра не появлялся на УМПО, я посоветовал его супруге Марине Юрьевне обратиться в полицию. Мы также заезжали в соседний с его домом банк, потому что он собирался обменять деньги на валюту. Ведь они собирались на следующий день с женой улетать в отпуск, — рассказал свидетель. — Ближе к вечеру я созвонился с другим сватом — свекром Ульяны, и мы вместе приехали к дому Яшиных. Пошли осмотреть парковку и там нашли на полу и стене следы крови. После этого мы уже точно поняли, что нужно подключать полицию.

Свидетель несколько раз запинался, пытаясь вспомнить детали трагического дня, однако при этом уверенно сделал акцент на том, что на УМПО Яшина «никто не искал, кроме главного инженера». Еще свидетель вспомнил, что вечером к дому Яшиных стали приезжать обеспокоенные сотрудники УМПО, среди которых он узнал Сергея Васильевича Евстафьева — непосредственного руководителя Юрия Яшина.

По словам свидетеля, Евстафьев поднялся с ним в квартиру Яшиных и увел жену Юрия Геннадьевича в комнату.

— Там он о чем-то ее расспрашивал, вроде бы о каких-то документах. Марина была никакая, и я попросил оставить ее в покое, — уточнил Фарит Сатлыков.

Он несколько раз повторил, что Евстафьев, приехав с работы к дому пропавшего коллеги, был «сильно навеселе».

Сатлыков тоже рассказал об обиде, которую переживал Юрий Яшин из-за того, что его не посадили за один стол с руководством на новогоднем корпоративе.

Ему назначили третьестепенное место за столом. Он был в плохом настроении уже примерно полгода, в разговоре со мной его просто прорвало, сказал, что возникли проблемы с руководством из-за того, что кто-то накатал от его имени кляузу. Еще Юрий говорил, что его проблемы на работе также связаны с тем, что его «достает» начальник службы безопасности завода Овчинников, попытался вспомнить пожилой свидетель и снова уточнил, что он — «не любитель расспрашивать, поэтому точно не помнит».

В процессе допроса возникло явное недоразумение: запутавшись в собственных показаниях, мужчина сообщил, что новогодний корпоратив на УМПО, на который отказался идти обиженный Яшин, проходил в ночь с 31 декабря на 1 января. Хотя накануне жена и дочери Яшиных единодушно свидетельствовали, что речь шла о 20 декабря 2017 года, и Яшин не пошел на общий праздник под предлогом того, что отмечал юбилей зятя. Теперь же Фарит Сатлыков рассказал, что у его зятя не было никакого юбилея.

— Сват каждый год присутствовал на дне рождения моего сына. У него была не круглая дата, мы собирались по-семейному. Если бы Яшины сказали, что им в этот день нужно идти на корпоратив, мы перенесли бы празднование дня рождения сына на другой день, — неожиданно разоткровенничался свидетель.

Когда судья предложил ему по окончании допроса занять место в зале, мужчина с нескрываемой неприязнью посмотрел на сидевших там сотрудников УМПО и демонстративно попросил разрешения сесть отдельно от них, на места, отведенные для потерпевших.

«Готовый генеральный директор»

Сын предыдущего свидетеля Тимур Сатлыков повторил почти то же самое, что говорил отец — и про «кляузу», и про злосчастный корпоратив, и про конфликт Яшина с Евстафьевым, и про начальника службы безопасности, который «доставал» Яшина на работе.

При этом неожиданно молодой человек вспомнил, как сам Юрий Яшин всегда охотно занимался организацией корпоративов на родном предприятии и приобретением подарков для юбиляров.

Свой «неюбилейный» день рождения в декабре 2017 года Тимур Сатлыков вообще не смог вспомнить. При этом он подробно рассказал о синей папке с «компроматом», которую случайно обнаружил в квартире Яшиных, когда играл там со своим ребенком.

— Там были письма, заявки, накладные, договора… Немало документов, за один день не прочитаешь. Мы их сразу в тот же день передали следствию, — вспомнил свидетель.

Примерно то же самое он рассказал о симке с телефона Яшина, которую его близкие восстановили в офисе сотового оператора и потом передали следствию.

Однако в более ранних показаниях этого свидетеля, содержащихся в материалах дела, фигурирует несколько иная информация, из которой следует, что сим-карта была передана следствию только через полгода, а это, по мнению адвокатов подсудимых, вызывает сомнения в достоверности имеющихся на ней данных.

Зять Яшина также поведал о том, как, на его взгляд, заметно ухудшилось финансовое положение тестя.

— Премии не давали, он стал деньги у нас занимать, по 10-15 тысяч рублей, чего раньше никогда не было, — отметил свидетель.

Второй сват Яшина — предприниматель Александр Панишев опять же начал показания с того, как участвовал в поисках Яшина 20 июля 2017 года.

Мы подумали, что Юрию могло стать плохо и до последнего надеялись, что он попал в больницу. Когда же нашли лужи крови на парковке, жена Юрия Марина стала говорить: «Нет, нет, его убили». Мы оставили с ней на ночь знакомую женщину-врача. А на следующий день уже стало известно, что Юрия нашли мертвым,рассказал Панишев.

О свате он вспоминал с симпатией, не забывая подчеркнуть, как того мало ценили на УМПО.

— Он говорил: «Доработаю до пенсии, дай Бог, и уйду», — отметил свидетель, припомнив так же, как и другие его родственники, рассказы Яшина о конфликтах с начальством и службой безопасности.

О взаимоотношениях Яшина с его начальником Сергеем Евстафьевым свидетель Панишев выразился неоднозначно.

— Юра раньше всегда относился с большим уважением к Евстафьеву, говорил, что он очень хороший и компетентный руководитель, готовый генеральный директор. Но примерно за год до убийства у них испортились отношения, — отметил свидетель и подобно своим предшественникам тут же уточнил, что точной информацией по этой теме не владеет, так как знает обо всем со слов Яшина и его супруги.

«Искали по больницам, о самом плохом старались не думать»

Вторую троицу свидетелей составили сотрудники УМПО. Двое из них — заместитель управляющего директора ПАО «ОДК-УМПО» по внутризаводской кооперации и сторонним заказам Владимир Ключников и секретарь коммерческого директора Альфия Сафина дали более полные показания.

По словам Ключникова, 20 июля 2017 года они оба с Яшиным решили ехать на работу на собственных автомобилях, потому что планировали уйти со службы пораньше и не хотели зависеть от дежурного заводского транспорта.

В то утро Ключников, проезжая мимо закрытых ворот паркинга дома Яшиных, подумал, что тот уже уехал или догонит его попозже. К сожалению, он ошибся. Примерно в это время в полутемном паркинге Юрий Яшин оборонялся от напавших на него четырех злоумышленников.

На УМПО, по словам свидетеля, Юрия Яшина хватились почти сразу, когда обнаружилось, что его нет ни дома, ни в кабинете, ни в отделе, который тот курировал.

Ключников отметил, что много лет дружил с семьей Яшиных, поэтому исчезновение Юрия Геннадьевича его не на шутку обеспокоило.

Сначала мне позвонила из Москвы Улька, младшая дочка Юры, спросила, не знаю ли я, где отец, потому что он не берет телефон. Я позвонил жене Яшина, но она тоже ничего не знала. Потом я спросил Сергея Васильевича Евстафьева, тот сказал, что уже дал задание искать Яшина. Мы позвонили также знакомым медикам, предположили, что Юрий мог попасть в больницу, о самом плохом старались не думать, рассказал свидетель.

По его словам, Евстафьев сообщил, что заводская служба безопасности уже вышла на Советский РУВД и нужно было ехать туда, чтобы написать заявление о пропаже человека.

Владимир Ключников оказался в числе тех, кто осматривал паркинг и обнаружил там следы крови и строительные хомуты на полу. Возникло подозрение, что Яшина избили и связали ему руки такими хомутами.

По показаниям свидетеля, в тот вечер к дому Яшиных съехалось, помимо оперативников, очень много людей, многие приехали с УМПО. Евстафьев был там же, ходил с коллегами посмотреть камеры видеонаблюдения, но безрезультатно. При этом, по словам Ключникова, Евстафьев вовсе не был пьян, как об этом заявляли члены семьи Яшиных.

— Нет, этого быть не могло в принципе. Вечером он отчитался по итогам дня перед руководством, потом сразу приехал к дому Юрия. Сергей Васильевич не такой человек, — подчеркнул Владимир Ключников.

По его словам, он не слышал ничего о конфликте между Евстафьевым и Яшиным. Что же касается новогоднего корпоратива, Владимир Васильевич в тот день, увидев, что Яшина нет, даже расстроился и позвонил ему узнать причину отсутствия. Тот ответил, что отправился на юбилей зятя. Кстати, корпоратив отмечался вовсе не 31 декабря, а 20-го, в последнюю субботу года, такую традицию завело несколько лет назад руководство УМПО.

Какими-либо причинами появления обиды на коллег Яшин с Ключниковым, по словам последнего, не делился.

«Мы все были в шоке от случившегося»

Секретарь коммерческого директора Альфия Сафина оказалась в гуще событий 20 июля 2017 года и рассказала о поисках Яшина, организованных силами его коллег с УМПО, более подробно. По ее словам, накануне, 19 июля, Яшин замещал Евстафьева на его посту, поскольку тот был в командировке. Помимо рабочих вопросов, он успел также позаботиться о приобретении подарка на 65-летний юбилей своего коллеги Николая Ивановича Ахмаметьева. Яшин и сам был в приподнятом настроении, поскольку дорабатывал последние дни перед отпуском.

На следующее утро беспокоиться о Яшине начали уже с половины седьмого утра, когда он не принял участие в утреннем селекторном совещании, ведь он всегда был очень пунктуальным человеком. Сначала искали его по всем отделам, звонили домой. Потом подключили службу безопасности, а через нее и правоохранительные органы.

Это были очень напряженные часы. У нас создали почти штаб по поискам Юрия Геннадьевича,пояснила свидетельница.

Вечером, после работы, Евстафьев вместе с другими сотрудниками УМПО поехал к дому Яшина. Свидетельница Сафина при этом тоже категорически отмела предположения о том, что Евстафьев мог быть пьян. По ее словам, для руководителя такого уровня подобное поведение просто невозможно.

Альфия Сафина припомнила также, что спросила о Яшине у Николая Ахмаметьева, когда тот вышел от Евстафьева. При этом Ахмаметьев неожиданно нервно ответил: «Откуда я знаю? Он меня ни о чем не предупреждал».

Ахмаметьев же позвонил ей в субботу и сообщил, что труп Яшина найден под Затонским мостом.

— Мы все были в шоке от случившегося, — взволнованно рассказала свидетельница. — Сергей Васильевич ездил домой к Яшиным вместе с Ключниковым, обсуждали организацию похорон, чем готов помочь завод.

Похороны Яшина прошли во вторник, 24 июля. В этот же день, вскоре после утренней оперативки, полиция арестовала Евстафьева. Это событие, по словам Альфии Сафиной, шокировало всех на УМПО не меньше убийства Яшина.

Она рассказала все, что знала о взаимоотношениях Евстафьева и Яшина, — в частности, о том, что конфликтов между ним не замечала. На время своего отсутствия Евстафьев всегда назначал вместо себя Яшина, потому что доверял ему.

История с корпоративом ускользнула от внимания свидетельницы. Она лишь отметила, что знает о двух новогодних корпоративах — один проводился для всего коммерческого подразделения, а второй — для руководства предприятия. Первый проводился за общим столом, так что история с местом, которое могло обидеть Яшина, скорее всего, касалась второго корпоратива.

В показаниях Альфии Сафиной впервые за все время допроса свидетелей на данном процессе зашел разговор о зяте Николая Ахмаметьева Федоре Токареве, оказавшемся одним из напавших на Яшина бандитов.

— Когда мы узнали, что убийство Яшина совершил зять Ахмаметьева, Николай Иванович рассказал, что знал его под именем Артем и что он представлялся сотрудником спецслужб, рассказывал, как ездил на разные спецзадания, - припомнила Альфия Сафина.

Третий представитель УМПО — водитель Камалов, периодически возивший Яшина, к сожалению, оказался не слишком осведомлен о заводских событиях и почти ничего не рассказал.

Медиакорсеть продолжает следить за ходом судебного процесса.

Мнение

Айрат Хикматуллин, адвокат, защищающий Сергея Евстафьева:

— Допрошенные в этот раз свидетели в основном являются родственниками потерпевших и ожидаемо дали те же показания, которые звучали накануне. Нас удивило следующее: несмотря на то, что никто из них не имел отношения к УМПО, все как один рассказали, что им известно о конфликте Яшина с Евстафьевым, все выразили мнение о его заинтересованности в смерти своего заместителя. Это, как минимум, выглядело странно, так как каждый из них, начиная рассказ, говорил, что Яшин никогда не рассказывал ничего о своей работе на режимном предприятии.

В то же время, из их слов следовало, что Яшин рассказал всем без исключения родственникам, включая сватов и зятьёв, об анонимке с его поддельной подписью, из-за которой испортились отношения с руководством. Подобные показания выглядят надуманными и согласованными — как будто свидетели слово в слово заучили текст, который воспроизвели в суде. Не меньшее удивление у нас вызвало то, что данные свидетели, как и потерпевшие, не высказали особого отношения к непосредственным убийцам их родственника, сидевшим также на скамье подсудимых. Такое ощущение, что задача состояла только в том, чтобы опорочить Евстафьева и хоть как-то показать, что у него мог быть мотив совершить преступление.

Когда же защита попросила огласить показания данных свидетелей, которые были даны в 2018 году, непосредственно после случившейся трагедии, выяснилось, что они существенно отличаются. Хотя судья и разрешил довести до присяжных лишь часть этих показаний — из них становится очевидно, что на тот момент никто из родственников Яшина ничего не знал о каких-либо его проблемах или разногласиях на службе.

Возникает вопрос: как можно верить тому, что Яшин им рассказывал подобное ранее, если они внезапно вспомнили об этом через значительное время после его смерти? Мы не без оснований предполагаем, что потерпевшие согласованно стали менять показания, подстраиваясь под версию следствия.

Отдельно стоит обратить внимание на показания допрошенных в качестве свидетелей сотрудников УМПО, включая Ключникова — близкого друга Яшина, а также Сафину — секретаря коммерческого директора. Они ежедневно общались и с Яшиным, и с Евстафьевым, и при этом показали, что никаких конфликтов между ними не было. Данные свидетели также полностью опровергли озвученную ранее в суде информацию о том, что Евстафьев не предпринял никаких мер для поиска Яшина.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter