В Уфе на суде по делу об убийстве топ-менеджера УМПО начались первые допросы

В Уфе на суде по делу об убийстве топ-менеджера УМПО начались первые допросы

2 сентября , 14:34ОбществоТатьяна МайороваPhoto: Mkset.ru
В Верховном суде Башкирии начался допрос свидетелей обвинения по делу об убийстве заместителя коммерческого директора УМПО Юрия Яшина, совершенном два с лишним года назад.

Вчера, 1 сентября, в Верховном суде Башкирии продолжился судебный процесс по резонансному делу об убийстве заместителя коммерческого директора УМПО Юрия Яшина, которое произошло 20 июля 2018 года.

Процесс в Верховном суде Башкирии проходит с участием присяжных заседателей. 12 вполне обычных с виду горожан разного возраста (по уточненным данным восемь присяжных — основной состав и четверо — запасные) заняли специально обустроенные для них в зале места. Судья Ильгиз Ахметдинов подробно разъяснил им смысл участия в процессе, предупредив, чтобы избегали контактов с другими участниками процесса и в случае общения с ними немедленно сообщили об этом, как о попытке воздействия на присяжных.

К присяжным также обратились гособвинитель Роберт Фаттахов и адвокаты Айрат Хикматуллин и Иван Данилин. Они попросили присяжных взвешенно воспринимать всю информацию, которая будет озвучена в ходе процесса, а также делать в блокнотах пометки, чтобы к моменту вынесения своего вердикта не упустить из внимания те или иные важные моменты.

Неотвеченная watsapp-ка и таинственная папка

Напомним, о совершенном преступлении Медиакорсеть рассказывала ранее. Заместитель коммерческого директора УМПО Юрий Яшин был найден мертвым в июле 2018 года. В его убийстве обвинили четверых уфимцев — Фёдора Токарева, а также Мингазова, Талипова и Хасанова. Позднее Токарев внезапно назвал в качестве заказчика преступления начальник убитого — коммерческого директора предприятия Сергея Евстафьева.

После выступления гособвинителя судья обратился к подсудимым и спросил, признают ли они свою вину. В ответ Сергей Евстафьев заявил, что полностью отрицает вину и никогда не был ранее знаком с другими подсудимыми, Фёдор Токарев единственный, кто вину признал полностью, а трое остальных сказали, что признают вину лишь частично, уточнив, что они шли не на убийство, а ограбление.

Вдова и две взрослые дочери Юрия Яшина выступали в суде в качестве потерпевших.

Первой показания по рассматриваемому делу дала младшая дочь убитого Ульяна. Сторона обвинения попросила допросить её быстрее всех, поскольку молодой женщине нужно было улетать в Москву, где она живет с семьей и работает.

Ульяна последовательно изложила события 20 июля 2018 года, когда погиб отец. Она первая подняла тревогу по поводу его исчезновения, хотя и находилась в Москве. В тот день Юрий Яшин на утреннее сообщение дочери не ответил. Обеспокоенная Ульяна набрала его номер, но телефон оказался недоступен. Тогда она позвонила матери.

Марина Яшина спустилась в подземный паркинг и увидела, что автомобиль мужа стоит на месте. Тогда она стала звонить на УМПО и быстро выяснила, что он туда не приезжал. К тому времени в паркинге была найдена связка ключей, принадлежавшая Яшину. Марина Юрьевна стала звонить в полицию и родственникам. Примчавшиеся по её зову мужчины спустились в полутёмный паркинг и увидели возле автомобиля следы явного преступления.

К вечеру квартира была полна людей. О Юрии Яшине по-прежнему не было никаких известий, близкие не знали, что и думать. Поиски пропавшего завершились по «горячим следам» страшной находкой — труп Яшина со связанными пластиковыми стяжками руками был найден на берегу реки Белой — недалеко от дома, у моста.

Подозреваемые в убийстве были задержаны 24 июля. Они поначалу говорили, что хотели просто отнять у жертвы ключи от квартиры и ограбить, но потом «увлеклись» и убили человека.

Но затем неожиданно, с подачи старшего среди нападавших, — Фёдора Токарева появилась версия о том, что имело место заказное убийство, а организатором его он назвал непосредственного начальника погибшего — Сергей Евстафьев.

«Не туда посадили на новогоднем корпоративе»

Старшая дочь погибшего Ульяна заявила о своем согласии с версией гособвинения. По её предположению, отец располагал неким «компроматом» на своего руководителя — Сергея Васильевича Евстафьева.

При помощи таинственной синей папки, содержание которой никому из домашних до сих пор неизвестно, Юрий Геннадьевич, по словам дочери, надеялся защитить себя от репрессий со стороны своих недоброжелателей на предприятии.

Вдобавок за полгода до убийства Яшина Евстафьеву прислали копию анонимки, содержавшей обвинения его в злоупотреблениях и якобы написанной от имени Яшина. Юрий Яшин, как сказала Ульяна, вынужден был обратиться к своим знакомым «на Ленина, 7» [там расположено МВД по РБ], чтобы помогли установить, что его подпись под кляузой подделали.

Затем свидетельница заявила, что на заводе у отца после этой анонимки начались проблемы, которые она охарактеризовала как «травлю». Кроме того, у семьи ухудшилось материальное положение.

Присутствовавшие в зале суда представители УМПО при этих словах стали недоумевающе переглядываться и пожимать плечами.

Тем временем Ульяна вспомнила очень яркий эпизод, характеризующий, по ее мнению, психологическую атмосферу на предприятии после «анонимки»: Юрий Яшин отказался присутствовать на новогоднем корпоративе после того, как выяснилось, что его посадили за стол не с его начальником Евстафьевым, а с другими коллегами. Яшин сказал на работе, что дата корпоратива совпадает с юбилеем зятя и по этой причине не пошел на праздник, хотя его супруга уже успела к тому времени купить новое платье на выход.

— Я чувствовала, как отец изменился, он стал очень нервным, часто был расстроенным. Я связывала такие перемены в нем с проблемами на работе, — пояснила Ульяна.

«Он слишком много знал»

Следующей показания давала вдова Юрия Яшина. Марина Юрьевна рассказала, что прожила с мужем 43 года, вырастили двух дочерей и трех внуков. Она также поведала, как муж поступил на завод, какие теплые отношения были с семьей Сергея Евстафьева вплоть до октября 2017 года, когда появилась та злополучная жалоба.

Муж тогда пришел с работы и сказал: «Ставь свечку в церкви. У меня очень большие проблемы на работе». И рассказал, про эти доносы на Евстафьева, которые кто-то писал от его имени в органы, сообщила суду Марина Яшина.

Она также сделала акцент на том, что на новогоднем корпоративе их чете выделили места за столом не с Евстафьевым, а с другими. Очевидно, что для Юрия Яшина это стало большим ударом после 12 лет совместной работы.

Марина Яшина отзывалась о Сергее Евстафьеве с нескрываемой неприязнью. По ее словам, муж чувствовал себя в коллективе некомфортно. Незадолго до своей гибели муж сказал, что и следующий Новый год им придется встречать отдельно от коллектива УМПО.

По её словам, после истории с анонимкой муж пошел к управляющему директору УМПО заявил, что готов уволиться, но тот попросил его не горячиться и изменить свое решение.

Марина Яшина также рассказала, как нашла в цветочном горшке «шпионскую камеру», объектив которой был нацелен на их дверь. Тогда же примерно в их доме появилась синяя папка с «компроматом», принесенная Юрием Яшиным.

— Он собирал компромат, говорил: «теперь они меня не тронут», — подчеркнула Марина Яшина.

Кстати, папка появилась через некоторое время после смерти Яшина. Во время обыска в квартире полиция её почему-то не обнаружила. Зато позднее папка внезапно была найдена мужем старшей дочери Яшиных в потайном кармане кресла-качалки во время игры с ребенком.

По мнению Марины Яшиной, именно синяя папка могла быть конечной целью преступников, которые убили её мужа.

Я не могу назвать подсудимых людьми. Мне тогда десять раз вызывали «скорую помощь» за сутки. А потом я полтора года по психологам ходила! воскликнула она в зале суда.

Отметим, что по ходатайству защиты Евстафьева были оглашены показания Марины Яшиной, данные ею ранее на следствии, и там она не говорила, что компромат из синей папки был как-то связан с Евстафьевым.

Еще Марине Яшиной запомнилось, как среди пришедших домой в тот день людей якобы кто-то сказал, что её мужа убили бомжи, а кто-то возразил, что «бомжи на крузаках с битами не ездят».

Стоит отметить, что рассказанное Мариной Яшиной несколько отличалось от информации, которая ранее звучала в СМИ. Создалось впечатление, что несмотря на ее рассказы об откровениях мужа, Марина Юрьевна все-таки была в курсе далеко не всех событий в жизни Юрия Геннадьевича. В частности, как выяснилось, она ничего не слышала о том, что мужу предлагали престижную работу на курпном авиапредприятии в Самаре, но он отказался от лестного предложения коллеги, сославшись на то, что его устраивает работа на родном предприятии. Почему-то столь важный вопрос он с женой даже обсуждать не стал.

Марина Яшина пояснила, что в день своей смерти муж уехал на работу с документами и крупной суммой денег в портфеле, собираясь обменять их на валюту, поскольку назавтра они собирались уезжать на отдых в Болгарию. Она рассказала в суде о 150 тысячах рублей, которые были у мужа с собой в тот день, хотя ранее, на следствии, говорила о 300 тысячах рублей.

«Почерпнула из прессы»

Третьей по счету в суде выступила старшая дочь Яшиных Екатерина, которая по большому счету повторила сказанное матерью и сестрой ранее.

Все трое отвергают версию о том, что напавшие на Юрия Яшина намеревались его ограбить. По их словам, в их доме на тот момент не было крупных сумм денег. В суде были зачитаны показания Марины Яшиной, в которых она уточнила, что считает крупными деньгами суммы, начиная от 500 тысяч рублей.

По мнению свидетельниц, ограбить их квартиру было бы проще после отъезда хозяев в отпуск. Они единодушно заявили, что уверены: четверка налетчиков пришла в паркинг под их домом именно с целью убить Яшина и забрать у него некий «компромат».

Екатерина предположила, что на заводе вели незаконную деятельность, проталкивали на тендерах фирмы «за откаты», уточнив, что эту информацию она почерпнула «из прессы»

Все три женщины делали довольно уверенным тоном заявления, касающиеся компромата, но никто не мог толком объяснить, о чем идет речь. В ответ на уточняющие вопросы они говорили »Я в этом ничего в этом не понимаю», »Я точно не знаю» и «Я так предполагаю» либо ссылались на свое душевное состояние после гибели Юрия Геннадьевича, которое могло отразиться на восприятии событий.

Еще двое допрошенных сегодня свидетелей оказались соседями Яшиных по дому. Первая свидетельница рассказала, как нашла в паркинге связку ключей, а второй свидетель пояснил, что имеет отношение к ТСЖ, и рассказал, почему в паркинге элитного дома было плохое освещение, «глючили» камеры видеонаблюдения.

В конце судебного заседания все трое потерпевших — Марина Яшина и её дочери — выступили с ходатайствами разрешить им в дальнейшем больше не принимать участие в процессе. Марина Яшина объяснила свою просьбу плохим самочувствием, а дочери сослались на невозможность отвлечься от работы. При этом они согласились в случае необходимости приехать в суд по вызову либо выступить по видеоконференцсвязи.

По окончании заседания уже на выходе из здания суда не сдержала эмоции после всего услышанного жена Сергея Евстафьева Ирина.

Я специально отказалась от дачи свидетельских показаний, чтобы иметь возможность присутствовать в зале и морально поддерживать мужа. Мне очень больно слышать всё, что сейчас говорили Марина Яшина и ее дочери. Строить обвинение на том, что их посадили на корпоративе за другой стол, — это, по меньшей мере, странно. Обидно, что они рассказали столько негатива, но совершенно забыли, например, что именно мой муж дал рекомендации одной из дочерей Яшина и зятю при их устройстве на работу на солидные предприятия. Мы всегда были готовы помочь им, но они почему-то запомнили этот злополучный корпоратив,сказала в сердцах Ирина Евстафьева.

Процесс продолжится сегодня, 2 сентября.

Медиакорсеть намерена следить за процессом и подробно освещать его.

Мнение

Айрат Хикматуллин, адвокат, защищающий Сергея Евстафьева:

— Конечно, допрос потерпевших — это всегда сложная процедура, всегда сложно задавать вопросы людям, пережившим утрату близкого человека… В то же время у нас вызывает искреннее недоумение попытка Яшиной и ее дочерей представить Евстафьева причастным к преступлению. Из показаний, которые они давали ранее, в 2018 году, следует, что ни про какие конфликты или неприятности на работе они не знали. Они также ничего не говорили ранее ни про какой «компромат», утверждали, что Яшин никогда дома никаких документов не хранил. Лишь после того, как Токарев заявил о причастности Евстафьева к преступлению, потерпевшие (прежде всего, супруга Яшина) вдруг стала менять показания.

Эти же непонятные подробности стали появляться и в показаниях дочерей. И в суде сложилась картина, что очень хочется, чтобы Евстафьев оказался причастен к убийству Яшина. И что это за компромат такой, что Евстафьев, узнав о нем, сразу поставил в известность все руководство УМПО и потребовал внутреннего расследования? Согласитесь, если бы Евстафьеву было что скрывать, он бы так не поступил. При этом потерпевшие не смогли ответить ни на один вопрос о том, что же это был за компромат, а в конце концов, сказали, что знают об этом «из прессы».

Поверить, что вся причина служебных проблем Яшина кроется в том, что его не посадили на корпоративе за один стол с начальником, достаточно сложно. Между тем, та самая синяя папка, которую потерпевшие называют «компроматом», была изъята и находится в деле — мы еще ее изучим с присяжными, и они убедятся, что никакого компромата там нет.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter