Чужая кость. В Казани судят последнего телекиллера

Чужая кость. В Казани судят последнего телекиллера

28 июля, 18:07
Политика
Кировский райсуд Казани приступил к рассмотрению дела Ирека Муртазина – экс-чиновника Казанского кремля, «полотера власти» по призванию.Станислав Столяров, следователь по особо важным делам Следственного комитета при прокуратуре, автор обвинительного заключения, поневоле стал буквоедом. Слышали, читали? «Глава Татарии судится со своим пресс-секретарем», «Потерпевший – Минтимер Шаймиев» – нажимают на исключительность процесса «Ъ» и «НГ».

На самом деле никакого гражданского иска нет (видимо, Шаймиев руки не захотел марать), в процессе участвует государственный обвинитель. Потерпевшими же оказались не только персоналии, но и все жители региона, которым пришлось испить до дна горькую, а точнее, грязную чашу лжи.

Обвинение 45-летнему Иреку Муртазину предъявлено сразу по трем статьям, крайне редким в судебной практике. «Клевета», «Нарушение неприкосновенности частной жизни», «Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства». Все статьи – возможно, для кого-то это станет откровением, – из Уголовного кодекса РФ. Максимальное наказание – жесткие нары, лишение свободы на срок до пяти лет. Плюс запрет на профессию.

Нарывался на грабли он давно, а терпение у прокуратуры республики лопнуло только осенью прошлого года. 12 сентября 2008-го Муртазин разместил в своем блоге некролог о смерти М.Ш. Шаймиева, который отдыхал в это время в Турции. Что для «киллера» чужие боль и страдание? Один из свидетелей сказал о низкой выходке совсем простые слова: «Муртазин совершил большой грех в дни святого Рамазана. Нормальный человек со здравым смыслом такого написать не мог».

Обозреватель журнала «Профиль» Артем Карапетян утверждает, что в московских финансовых кругах черная заметка была воспринята как провокация, направленная на обрушение акций «Татнефти». Заказчиков, однако, установить не удалось. Следствие пришло к выводу, что Муртазин был недоволен жизнью «в результате увольнения с руководящих должностей».

Не в бровь, а в глаз. К тому злополучному дню экс-чиновник находился не у дел уже около шести лет.

История с некрологом, получившая широкую известность, с точки зрения обвинения всего лишь финальный эпизод уголовного дела. Первый же связан с трагическими событиями в театральном центре на Дубровке (октябрь 2002-го). Теракт, захват и убийство заложников… Муртазин, на тот момент руководитель ГТРК «Татарстан», оперативно выходит в прямой эфир. И шокирует телезрителей откровениями, что чеченские террористы – это борцы за свободу.

Увольнение стало для чиновника, который пьянел от власти, не просто очередной отставкой. Осенью 2002-го он лишился последнего в своей жизни кресла, оказался списан подчистую. Бывший (комиссованный) капитан-танкист, бывший зав. корпунктом «Вестей» в Татарстане и Беларуси, бывший начальник телеканала и, конечно, самое болезненное – бывший руководитель пресс-центра аппарата президента РТ. Гнали отовсюду, что называется, поганой метлой. Поразительно, среди 79 (!) свидетелей, проходящих по делу, ни у одного не нашлось для «комиссованного» доброго слова.

Лев Жаржевский, автор знаменитых «ехидных» обзоров местной прессы, вспоминает, с чего начинал карьеру будущий телекиллер:

– В молодежной газете наткнулся на заметку, посвященную Дню республики и Шаймиеву. Обратил на себя внимание крайне восторженный, до неприличия, тон материала. Подпись стояла «И. Муртазин».

Что произошло с «полотером власти» после череды отставок, догадаться нетрудно. По мнению судебных психолого-психиатрических экспертов, налицо «смещение личности», в народе же говорят «перевертыш». С таким выводом, как удалось выяснить, не совсем согласны бывшие коллеги Муртазина. «Еще на аппаратной работе Ирек тайком записывал в блокнот каждый наш чих».

– Я спросил Ирека о его планах, – собеседник просит не упоминать их имена рядом. – Он ответил, что будет заниматься тем, что может – копаться в грязном белье.

Конечно, ни одно приличное издание не пустило его на свои страницы. Жильцы стали находить в почтовых ящиках подметные газетенки, так сказать, без роду-племени, с липовыми выходными данными. Попутно мусор хлынул в интернет. Список потерпевших ширился, фальшивки росли, словно поганки после дождя. Цитировать их тошно, пусть лучше прокурор на суде повторяет.

Из обвинительного заключения:

«И.М. Муртазин, будучи тщеславным, склонным к интригам и переоценке значимости своей личности, решил повысить внимание к себе за счет распространения ложных, клеветнических сообщений».

Самое поразительное, продолжалось это полных шесть лет, и никто сдачи не дал.

В 2006-м из-под пера Муртазина тиражом 2000 экземпляров вышла книга «Последний президент Татарстана», по сравнению с которой померкли знаменитые «Записки сумасшедшего». Только одна цитата: «Войну в Чечне развязал Шаймиев».

«Он грызет очередную кость, подброшенную с чужого стола», – с присущим юмором отреагировал Минтимер Шаймиев. Комментарии гособвинения жестче:

– Обстоятельства, облегчающие вину, не выявлены.

Евгений ЧАШИН.

 

Голая правда Ирека Муртазина

Комментарий главного редактора «МК-Поволжье» Геннадия Наумова:

 

– Чернил на Ирека, признаться, жалко. Но так повернулось – выпала сомнительная честь стать свидетелем по делу бывшего пресс-начальника.

В конце 90-х довольно громко заявила о себе газета «Казанское время». То ли климат был другим, то ли молодость горячила кровь, но мы вывесили в редакционном офисе на улице Кремлевской бесшабашный девиз «Смелее насчет правды!»

Первая же заметка пилотного номера была перепечатана ведущими федеральными изданиями. Героем дня под острым перцем стал второй человек в правительстве республики. Позднее персонажами «кукольных» памфлетов – аналоге знаменитого телешоу стали первые лица, включая Шаймиева.

Светские новости, впрочем, лишь разбавляли серьезную аналитику, журналистские расследования. Резонанс? В верхах порой раскаты раздавались – в ушах звенело. Но ни один чиновник, от первого лица до последнего, не «наехал» на газету своим креслом. Наверное, репутация для них чего-то стоила. Как признался однажды мэр Казани, «критика в прессе, конечно, обижает. Но если она справедлива, я обижаюсь только на себя».

И тут на нашу голову (и на беду всей журналистской братии) свалился неистовый Ирек Муртазин. В нем удивительным образом сочетались лакейство и все черты держиморды. Ирек страстно, до дрожи в коленках, мечтал прислониться к власти, понимаете, в кресле дух захватывает. По свидетельству очевидцев, даже у сотрудников пресс-центра, куда ворвался бывший танкист, «не сложились отношения» с новым шефом («от оргазма до маразма» – оценили Муртазина коллеги). Надо ли уточнять наше отношение к чиновнику, который возомнил себя «начальником прессы».

26 июля 2000 года «Казанское время» публикует заметку «Голая правда Ирека Муртазина». В ней рассказывалось, как руководитель пресс-центра разгулялся в пивбаре «Кентрвильское привидение». Разговоры о том, что чиновник любит покуражиться, ходили давно. На сей раз он скатился до стриптиза. Теперь, не без юмора замечала газета, публика будет знать Ирека не только в лицо!

Дело вовсе не в полусветском скандале, хотя должность чиновника предполагала определенную осмотрительность. И дело даже не в рапорте, в котором пресс-начальник договорился до того, что заметка явилась «частью широкомасштабной интриги, направленной на дискредитацию органов государственной власти».

Суть в том, как торопливо Ирек настучал в органы, и как оперативно они отреагировали. Еще на газете не высохла краска, а в редакции уже начала выемку документов усиленная бригада налоговой инспекции.

Суть в том, что ни один редактор, ни тогда не теперь, не может похвастать, что испытал давление от Самого. От Минтимера Шаймиева. Видимо, вести себя достойно – ноша не для полотера.

Читатель вправе спросить, не слишком ли много места мы уделяем «бывшему». Много, если принять во внимание мелковатые титулы фигуранта.

Много, если бы урок пошел ему впрок. Подумать только, газета той же осенью выиграла у «мальчиков по вызову» суд, и сам налоговый начальник давно лишился кресла, да и свидетели дали ясные показания – а отставной Ирек продолжает «стучать», что его оклеветали (ст. 129 УК РФ).

Да, много места, если бы он не метил территорию всюду, где ступала его нога. «Здравствуйте, слава Богу, Вы живы, – написал он президенту. – Вы же меня знаете, врать не умею». Чем бумагу марать, он бы лучше посмотрел на себя в зеркало. Увидел бы – зеркало беспощадно – до каких высот в лицемерии можно подняться, а точнее, до каких низин опуститься. «Покайся, Ирек» – коротко и просто обратилась к нему наша читательница, многодетная мать. Хлиповат, однако, комиссованный танкист, все больше по норам прячется.

Опустился до клеветы «в результате увольнения с руководящих должностей». Следствие нашло объяснение простому вопросу, а сложные, неудобные остались без ответов. «Да этот парень еще по молодости был отъявленный плагиатор», – говорят в Союзе журналистов. «На должность комвзвода аттестован не был», – чеканят военные. Что же вы, люди добрые, подставили ему карьерную лестницу? Давали чернила литрами, а бумагу тоннами еще на подступах к Казанскому кремлю? Вокруг президента столько умных голов, а одну дурную прозевали. Хоть бы рот скотчем заклеили.

Давайте начистоту. Телекиллеры не ходят поодиночке. Они не ходят на задание без заказа. И без «крыши». Откуда же ноги растут, кто волну гонит? Кто финансирует черный арсенал – фигурант, почитай, шесть лет как безработный? Ответов у следствия нет. Значит, ждите… новых вестей из-за угла.

Почему молчит Шаймиев, не может успокоиться публика. Президент молчит, потому что Ирек Муртазин для него умер. В том-то и дело, что президент не одного с ним поля ягода. Президент не участвует в боях без правил.

Следствием, на наш взгляд, раскрыты далеко не все тайны этого дела. «МК-Поволжье» приступает к собственному расследованию.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter