Уролог Дмитрий Шемагонов: «Сегодня каждый четвертый наш пациент – онкобольной»

Уролог Дмитрий Шемагонов: «Сегодня каждый четвертый наш пациент – онкобольной»

10 июня, 10:27
Политика
Говорят, врачи делятся на три категории: врач от Бога, врач — ну, с Богом, и врач — не дай Бог! Дмитрий Валентинович Шемагонов – из первых. Профессию уролога выбрал по зову сердца – мечтал оказывать людям реальную помощь. В урологическом отделении уфимской больницы № 8 он работает с 1999 года. Первую самостоятельную операцию выполнил еще на четвертом курсе медуниверситета. Скольких людей спас от смерти и поставил на ноги за годы работы, теперь и не вспомнит. Говорит, что главное не количество, а качество. И хотя поток пациентов к доктору Шемагонову не иссякает, о своей профессиональной деятельности он отзывается скромно: «Кто-то улицу подметает, кто-то людей лечит».

Студент со скальпелем в руках

Дмитрий Шемагонов – врач в третьем поколении. Бабушка – Ольга Сергеевна Кудинова, в 49-м окончив железнодорожную медшколу, всю жизнь проработала фельдшером, мама Людмила Васильевна – практикующий педиатр.

– Все шло по женской линии, но в семье родились два мальчика. Один нормальный – инженер, а второй – я, – смеется он.

Старший брат Станислав пошел по стопам отца – Валентина Вячеславовича, получив диплом инженера, а Дима решил продолжить династию медиков, окончив специализированный медицинский класс пятого лицея.

– В школе один выпускной экзамен принимала комиссия из медицинского института, он шел как вступительный экзамен в вуз. Я, золотой медалист, сдал его на отлично и был досрочно зачислен на первый курс. Нас в школе учили хорошо, на первом же занятии выяснилось, что на латыни читаю свободно только я, а на курсе были люди после медучилища.

Это был 1992 год. Поступал абитуриент Шемагонов еще в институт, а был зачислен в университет. К выбору специальности подошел со всей ответственностью. В студенческие годы пробовал себя в гинекологии, ходил на дежурство в хирургию. Параллельно проводил исследования в центральной научно-исследовательской лаборатории. Один из его патентов на изобретения – совместная работа времен учебы в вузе.

– Мы проводили исследования в отношении гликозаминогликанов, - вспоминает он. – Были достигнуты хорошие результаты в плане обезболивающего эффекта и быстрого восстановления. К сожалению, сейчас это нигде не используется, хотя вопрос до сих пор актуален. Времена тогда были суровые, науку зажимали, поэтому продолжение получила очень небольшая часть работ.

DSC_9526.jpg

Со специализацией Дмитрий Шемагонов определился еще на втором курсе и с тех урологии не изменял. Начал ходить на дежурства в уфимскую больницу № 8, а затем и в республиканку. В то время в этих медицинских учреждениях находились единственные в Уфе урологические отделения.

– Почему пошел в урологи? Здесь можно оказать реальную помощь. Человека принесли на руках, а ушел он своими ногами, - говорит он. – Урология показалась мне самой интеллектуальной, активной, а не выжидательной хирургической специальностью. Только глубокое знание анатомии, физиологии, фармакологии позволяет считать себя специалистом в этой области. Есть такая профессиональная шутка: «Хирург не знает ничего, но может помочь. Терапевт знает все, но помочь ничем не может». Урологи же сначала думают, а за скальпель берутся, только если это необходимо.

Так получилось, что работать врачом Дмитрий Шемагонов начал, будучи интерном.

– В 1999 году из урологии восьмой больницы уволились два доктора, еще один ушел на длительный больничный. Сложилась ситуация, что просто некому работать, – вспоминает он. – Мне предложили ставку врача. Думал, что это проблематично, ведь к тому времени я не успел закончить интернатуру. Оказалось, все возможно, да и коллеги помогали советом.

«Я всегда хотел быть практиком»

Первое дежурство Дмитрий Валентинович запомнил навсегда. В отделение привезли мужчину, которого ударили кувалдой в поясничную область.

– Попали точно в почку, - вспоминает врач. – Диагноз поставить было несложно: произошел даже не разрыв, а размозжение органа. В отделении среди урологов я один, есть только хирурги, гинекологи. Пытаюсь дозвониться до старших товарищей – телефон никто не берет. Сотовых тогда не было. Попросил медсестру, чтобы нашла хоть кого-нибудь, а сам позвал хирурга и пошел оперировать. Пациента мы спасли. Ему повезло, что на вызов выехала хорошая реанимационная бригада, которая поставила правильный диагноз и вовремя провела противошоковые мероприятия.

Буквально на второй-третий день интерну Шемагонову поручили провести первую самостоятельную операцию.

– Когда провел больше половины операции, неожиданно входит коллега. Оказалось, что заведующий спохватился, в состоянии ли я осилить операцию в одиночку, и отправил меня проинспектировать. Тот увидел, что все нормально. Так и я закончил операцию в соло-варианте, - смеется уролог.

После окончания университета Дмитрий Шемагонов получил несколько соблазнительных предложений. Так, его приглашали ассистентом на военную кафедру. Среди бонусов были возможность дослужиться до чина подполковника, зарплата преподавателя и военного одновременно, быстрая защита кандидатской по закрытой теме в области токсикологии. Однако молодого медика столь радужная перспектива не прельстила, и он отправился доучиваться в Челябинск, на кафедру урологии Уральской государственной медицинской академии.

– Я всегда хотел быть практическим врачом, а чтобы получить документ об образовании по выбранной мной специальности, который бы котировался по всей России, нужно было пройти обучение на кафедре урологии, – поясняет он. – В Уфе такой тогда не было. А в Челябинске хорошая урологическая школа, возглавляет которую Николай Иванович Тарасов. Обучался я там за свой счет, о чем ни капли не жалею.

DSC_9576.jpg

Сколько операций провел за годы работы в отделении урологии, Дмитрий Валентинович не считал.

– Для меня главное - результат. Не количество, а качество, - говорит он. – Обычно в неделю врач делает 8-10 операций, в год - около пятисот операций. Человек, который кричит, что сделал десять тысяч операций, лукавит. Для этого нужно работать 20 лет без отпуска, без больничных, без обязательного двухмесячного обучения, которое проходят все врачи.

Как известно, уровень зарплаты бюджетников сегодня оставляет желать лучшего. Однако Дмитрий Шемагонов не унывает.

– Главное, что работа нравится. Кому не хватает, тот подрабатывает в одном, втором месте. Приходится совмещать работу в родной больнице и частной клинике. Общая нагрузка – больше двух ставок, но ничего, пока живой, - смеется доктор.

Помимо врачебной практики Дмитрий Валентинович занимается научной работой, изучает вопросы репродуктивной медицины, старается быть в курсе всех новинок в этой области. Недавно он побывал на конгрессе «Мужское здоровье» в Сочи.

– Жаль, что не все надежды, которые я возлагал на поездку, оправдались. Сейчас имеется тенденция, что многие доклады на таких конгрессах рекламные. Но кругозор надо расширять, выходить за рамки узкой специализации, – уверен он. – Последние пять лет я работаю не просто как уролог, а уролог-андролог. Занимаюсь вопросами мужского бесплодия, эректильной дисфункции. Осваиваю смежные специальности: эндокринологию, эмбриологию.

«У молодых медиков много гонора, а знаний нет»

Дмитрия Шемагонова неоднократно спрашивали, хороший ли он врач.

- Из десяти пациентов пять скажет, что я хороший, пять – что плохой. Только лучше или хуже я от этого не стану, - пожимает он плечами. - Меня вполне устраивает, что я помогаю людям, и мои пациенты выздоравливают.

Примечательно, что еще в самом начале его успешной медицинской деятельности в городской газете вышла заметка о молодом враче-урологе Дмитрии Шемагонове, который спас роженицу и ее новорожденного сына. Новорожденного назвали именем спасителя.

Скольким семейным парам он помог обрести детей, сегодня Дмитрий и сам не скажет.

– На днях позвонил пациент: в семье восемь лет не было детей, и, наконец, родился долгожданный сын. Всегда приятно узнавать такие новости. Конечно, многие, получив лечение, исчезают. Кто-то уходит разочарованный, но основная масса – те, которые получили хороший результат, и их ничего не беспокоит. Я за них очень рад, тем более что есть понятие «сарафанного радио». Ко мне на лечение приходят их знакомые, – говорит он.

Сегодня каждый четвертый пациент отделения урологии – онкобольной. Опухоли различных локализаций занимают среди урологических заболеваний второе место после мочекаменной болезни. Лидирующие позиции – у рака простаты, он встречается у 11-23 процентов мужчин старше 50-ти лет.

– При этом умирают от рака простаты только три процента, - говорит доктор Шемагонов. – Правильное и своевременно назначенное лечение позволяет продлить удовлетворительное качество жизни у 75-85 процентов больных до конца их дней. Но головная боль врачей, что выявляются эти заболевания на терминальных, последних стадиях, когда даже радикальную помощь мы уже оказать не можем.

По словам медика, уфимцы обращаются за помощью только в самых экстренных случаях. Классический пример из жизни практикующего уролога: человек терпит боль в течение нескольких дней, а то и месяц, а затем приходит на прием в три часа ночи.

– Задаю сакраментальные вопросы: «Почему не пришли сразу, а решили приехать только сейчас и ночью?», - грустно улыбается Дмитрий Валентинович. – Вариантов ответа два: «Ждал до последнего, пока пройдет, но понял, что не проходит» и «Обезболивающее дома закончилось». Это показатель отношения нашего населения к своему здоровью. Почему-то медицина с советских времен считается у нас обязаловкой.

Дмитрия Валентиновича огорчает, что к профессии врача в обществе сейчас принято относиться без особого уважения.

– Что ж, дыма без огня не бывает, халатность в медицине присутствует, - считает он. – Но часто бывает, что пациент переступил порог больницы и сразу требует: «Вы мне должны!». Из меня не надо вымогать помощь, оказать ее – мой долг.

Дмитрий Валентинович с горечью рассказывает, что все чаще в больницу приходят молодые врачи, которые не внимательно относятся к проблемам больных.  

– Конечно, есть и хорошие ребята с нормальными ценностями, которые готовы помогать людям, но в целом в медицине творится что-то страшное, - уверен он. – Приходят люди с дипломом, практически все они учились на платной основе, и задача номер один у них не помочь людям, а «отбить» деньги, потраченные на учебу. А самое обидное, что уровень обучаемости крайне низкий. У молодых специалистов много гонора, а знаний нет.

«Лечишь не только лекарством, но и словом»

Дома доктора Шемагонова окружают одни женщины – жена Анна, дочки Анастасия и Светлана. С супругой они делят заботы и радости уже 16 лет.

– Мы даже детей поровну поделили: старшая похожа на меня, младшая на жену, - шутит глава семьи. – Наверно, я не самый лучший отец, потому что редко бываю дома. Работа у меня социальная, иногда приходу домой и говорю: «Девочки, давайте помолчим. Я уже наговорился сегодня». Лечишь же не только лекарством, но и словом. Когда сутки бегаешь по больнице, хочется тишины и покоя.

Заставлять детей иди по своим стопам доктор Шемагонов не собирается. Считает, что человек должен выбирать профессию по душе.

– Мне важно, чтобы дети были полноценными личностями, могли и проявить себя, и поступиться, если надо, своими интересами. Дети должны учиться обеспечивать себя сами. Кусок хлеба, заработанный потом и кровью, намного дороже, чем тот, что упал с неба, - уверен врач.

IMG_4187.JPG

Пять лет назад Шемагоновы принимали участие в городском конкурсе «Лучшая молодая семья года».

– Почему-то у нас в отделении, как только нужно где-то поучаствовать или отправиться в командировку, вспоминают про меня, - смеется Дмитрий Валентинович. – Вот и когда в Орджоникидзевском районе проводился конкурс «Мама, папа, я – спортивная семья», больница делегировала нас.

На районных соревнованиях Шемагоновы заняли второе место, а после оказалось, что опередившие их победители семьей вовсе не являются: это были чужие друг другу люди с хорошей спортивной подготовкой. Правда, полагавшийся за победу главный приз Шемагоновы так и не получили.

– Живем с чайником за второе место, - улыбается доктор. – Но зато мы получили приглашение представлять район на городском конкурсе «Семья года».

Возможно, кто-то думает, что участие в подобных мероприятиях – это развлечение. На самом деле это большой труд и ответственность. Подготовка номеров, танцев, работа с режиссером, многочисленные репетиции, покупка костюмов и реквизита... Дружная семья Шемагоновых опять оказалась на первом месте, но на республиканский конкурс отправили других – со связями и нужной анкетой.

SAM_0491.JPG

Каждое лето Дмитрий Шемагонов отправляется в геологическую партию. Как врач экспедиции он обошел пешком всю Башкирию и Челябинскую область. За годы странствий по Уралу удалось собрать солидную коллекцию минералов. В поездках ему не раз приходилось оказывать неотложную помощь: при аппендиците и гипертоническом кризе, вправлять челюсти и вывихи, останавливать кровотечение, лечить сломанные ключицы, бороться с укусами и отравлениями.

В родной больнице Дмитрия Шемагонова знают не только как талантливого врача и обаятельного человека, но и неизменного ведущего всевозможных мероприятий.

– Говорят, на мне костюм неплохо сидит, - смеется он. – В школе я занимался в театральном кружке, в университете играл в команде КВН «Санитарная авиация». К тому же у меня громкий голос, могу работать громкоговорителем. Все коллеги знают, что петь-танцевать я не умею, но люблю. Для меня танец – это выражение моих эмоций под музыку.

Накануне Нового года Дмитрий Валентинович облачается в костюм Деда Мороза, получает в профкоме подарки и отправляется поздравлять коллег.

– В своей больнице я почти штатный Дед Мороз, - улыбается он. – Провожу игры, веселю народ. Специально выделяю для этого один день. Всегда покупаю конфеты, мандарины, шоколадки. Я дарю даже скорее не подарки, а позитив, хорошее настроение. Зачем мне это нужно? Считаю, если ты делаешь добро, оно к тебе обязательно возвратится.

Вероника ПОЛЯНСКАЯ.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter