Следователь – профессия настоящих женщин

Следователь – профессия настоящих женщин

6 апреля, 00:04
Политика
Яркий свет лампы, направленный в глаза и жесткий голос, требующий признаний – картинка из лент, посвященных застенкам, где ведут допросы злые следователи. В следственной части Орджоникидзевского РУВД Уфы не оказалось ни одного кабинета, соответствующего киношному антуражу. Да и не могло быть, ведь 75 процентов следовательского состава, трудящегося здесь – женщины.

Как выясняется, дамы, выбравшие своим призванием расследование преступлений, идут на работу в милицию после окончания юридического института МВД в звании лейтенантов. Барышни явно не способны задавить подследственных физически.  

- Но методами психологического воздействия они владеют отлично, - смеется начальник следственной части Зульфия Акбашева.

 

Обвинительное злоключение

 

- Так почему все-таки среди следователей так много женщин? – интересуемся у г-жи Акбашевой.  

- Наверное, это потому, что дамы внимательнее, щепетильнее и усидчивее мужчин, - объясняет Зульфия Равиловна. - У женщин, как ни странно, больше сил на проведение следственных мероприятий, чем у представителей сильного пола. Дамы кропотливее и дотошнее добираются до сути преступлений, да и целеустремленности девушкам не занимать.

Заместитель начальника следственной части Орджоникидзевского РУВД Ильдар Салимов сравнивает работу следователей с цехом огромного завода.

- Это простым людям кажется, что работать милиционером легко, - рассказывает Ильдар Бахтиевич. – На самом деле работа милиции – это огромный отлаженный механизм, где главный цех – следствие.

Для того, чтобы размотать преступление требуется не сколько аналитический ум, хотя безмозглым, конечно, делать в следствии нечего, но и огромная работоспособность. Ведь каждое доказательство требуется «закрепить» по закону, иначе из-за одной недоработки в суде рассыплется все дело.    

- Сшить дело не так просто, - говорит аллегориями г-н Салимов. – Нам поступают из дежурной части сводка о происшествии на двух страничках, а после нашей работы эти два листка превращаются в увесистые тома.

За день в Орджоникидзевском РУВД, кстати, самом большом в Уфе, (в районе проживает 190 тысяч человек), регистрируются от 150 до 160 правонарушений. Этот район столицы Башкирии – специфический, с криминогенным уклоном. Здесь много промышленных предприятий, но еще больше маргиналов, способных посягать на чужие собственность, жизнь и здоровье. Можно представить, какая нагрузка ложится на плечи 52 следователей, которые за месяц расследуют до 50 дел, в то время как закон полагает, что для качественного расследования один человек может взять на себя раскрытие не более 25 преступлений.

- Но мы справляемся, - уверена Зульфия Акбашева. – И даже раскрываемость у нас на высоте.

Оказывается, при совершении очевидного преступления «закрепить» доказательную базу необходимо в первые два дня – 48 часов по закону отводится следователю, более этого срока он не может держать под арестом подозреваемого.

В день, когда мы посетили следственную часть Орджоникидзевского РУВД, 23-летняя следователь Анастасия Остроумова за один вечер провела три опознания задержанных грабителей.

- Преступники нападали на детей и отнимали у них деньги и сотовые телефоны, - рассказывает Анастасия. – Разбойников мы нашли и задержали сразу, но медлить с их опознанием было нельзя, иначе они могли уйти от ответственности.   

По закону, пострадавший должен уверенно опознать преступника, когда тот находится в окружении не менее пяти человек, схожих со злодеем возрастом, фигурой и даже национальностью. Подростки могут принимать участие в следственных действиях только вместе с родителями и социальным педагогом. Кроме того, за каждым опознанием должны наблюдать два понятых, совершенно посторонних гражданина, обязанные констатировать непредвзятость следствия. Так что Анастасия Остроумова задействовала не менее 20 человек, которые помогали ей провести следственные действия так, чтобы они обрели законность.  

- Где вы берете статистов, похожих на преступника? – удивляемся мы.

- Это отдельный разговор, - вздыхает Зульфия Равилевна. - Людям, которые участвуют в следственных мероприятиях, никто не платит за то, что они теряют время в милиции. А значит, и уговорить их помочь нам нелегко.

- И как же вы уговариваете?

- Каждый милиционер должен быть еще и неплохим психологом, - уверена г-жа Акбашева. – Идут на улицу и унижаются, просят, умоляют прохожих. Понятого или статиста нельзя привлечь к работе угрозами – иначе развалится все дело.

 

С легким правом!

 

11-летняя Юля Рафикова стала свидетелем ужасного преступления – практически на глазах девочки неизвестные чуть не убили ее 23-летнего брата. Школьницу допрашивают в присутствии мамы и социального педагога, чтобы не нанести детской психике непоправимого вреда.

- Я вышла вечером из дома погулять, и вдруг услышали стон, - рассказывает Юля. – Я подбежала, а там лежит мой брат, у него в крови были брюки и руки.

Если бы не девочка, юноша мог умереть – преступники перерезали парню бедренную артерию.

- В скорой сказали: «Еще бы полчаса прошло и сына пришлось бы хоронить, он бы умер от потери крови, - добавляет мама Юли.

Это преступление раскрыли за сутки. Оказывается, молодой человек ненадолго вышел из дома, чтобы вынести мусор и увидел возле подъезда пьяную компанию, мочившуюся себе под ноги.

- Мой брат сделал замечание посторонним, и они напали на него, - вздыхает девочка.

- Но ты понимаешь, что спасла брата?

- Понимаю, - смущается ребенок. – Я хочу, чтобы у него все было хорошо.   

- Ежедневно пропускать через себя людское горе – не легкий труд, - продолжает Зульфия Акбашева. – Многие работают по вечерам, и плюс еще каждая из них раз в месяц, а то и больше, целые сутки трудится дежурным следователем. Может быть, поэтому, бывает, у девушек не складывается личная жизнь.

- Мы так работаем, потому что это наше призвание, - уверенно говорит следователь Фиалка Гаглоева. - Я люблю свою работу и не считаю суточные дежурства чем-то из ряда вон.

Фиалка воспитывает двоих детей, а вот жизнь с мужем не сложилась. Старший сын учится в кадетском корпусе, а дочка - в лицее.

- Как дети относятся к тому, что их мама – следователь?

- Привыкли уже, - пожимает плечами женщина. – Понимают важность моей работы. Говорят: «Мама опять задерживается, значит так надо».

- Как вы добиваетесь признаний?

- К каждому правонарушителю нужен свой подход, - объясняют дамы. – Кого-то добрым словом можно разговорить, а кому-то нужна строгость в общении.  

- А как реагирует на таких красавиц зековский контингент?

- Нам с  закоренелыми преступниками несложно работать, именно потому, что мы девушки, - хором говорят следователи. – Мужчины ведут себя прилично, и может быть, никогда не открыли бы душу представителю своего пола, а перед женщиной-следователем признаются во всех грехах.

- А не было такого, чтобы вы испытали любовные чувства к подследственному?

- Такое только в книжках бывает, - смеются дамы в погонах. – Грань, что мы на одной стороне закона, а жулики на другой – четко прослеживается и перешагнуть ее мы не способны.

- Но сочувствие иногда к обвиняемым испытываем, - говорит за всех Фиалка. – Есть случаи, когда человек идет на преступление, потому что у него безвыходные обстоятельства, а дома дети голодные сидят. Но такое бывает крайне редко. Большей частью задержанные сами виноваты в своей безысходной судьбе. Например, он объясняет, что потерял работу и поэтому решился на ограбление. Спрашиваешь его: «А почему ты в дворники не пошел?» Отвечает: «Мне стыдно лопатой махать». А совершить преступление не стыдно, получается.

Следователи уверяют, что они первыми испытали на себе веяния финансового кризиса. По словам сотрудников милиции, в последнее время все увеличивается число людей, преступающих закон из-за потери работы или повисших на них кредитов. Оно и понятно: Орджоникидзевский район Уфы – промышленный и чем больше идет сокращений на предприятиях, тем больше прибавляется работы у следователей.

- А когда не удается найти преступника, что вы ощущаете? – спрашиваем начальника следственной части Зульфию Акбашеву.

- Большую ответственность, - говорит она.

И действительно, государство возложило на плечи следователей огромный груз – именно они в ответе за удовлетворение интересов потерпевших и наказание преступника. В случае, если злодей не найден – подрываются основы государства, обязанного защищать пострадавших.  Во всем мире, даже в бывшем соцлагере - в Болгарии и Чехии – существует ответственность государства перед гражданином за то, что оно не оказалось рядом во время преступного нападения. В Германии государство немедленно выплачивает компенсацию, как только человек признается потерпевшим. Своего рода извинение: да, мы тебя не уберегли, но мы рядом. Во всем мире государство даже хоронит за свой счет, если ты жертва преступления, платит пенсию, если ты остался инвалидом.

- У нас тоже такие разговоры были, - говорит Зульфия Равилевна. – Но потом эти дебаты сошли на нет. Думаю, что просто у государства нет лишних денег, чтобы поддерживать потерпевших.

И пока государство, обещающее своим гражданам конституционное право на защиту от преступных посягательств, ищет средства, ответственность за эти обещания ложится на плечи хрупких девушек, выбравших профессию следователя.

- А потому наша обязанность доказать вину тех, кто не считается с законами нашей страны, - говорят они. 

Антонина ЧЕСНОКОВА.

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter