5 книг современных писателей из Башкирии, которые читают по всей стране

5 книг современных писателей из Башкирии, которые читают по всей стране

24 октября , 10:35КультураАндрей КоролевPhoto: Медиахолдинг 1Mi
Mkset предлагает скрасить 50 оттенков серых провинциальных пейзажей хорошей литературой.

Власти уверяют, что во время второй волны коронавируса не планируют вводить столь строгих ограничительных мер, какие были приняты весной. Тем не менее остаться дома и без необходимости не посещать общественные места- кажется, все еще самый эффективный способ бороться с распространением опасной инфекции.

Mkset предлагает скрасить 50 оттенков серых провинциальных пейзажей хорошей книгой - тем более, что современная литература из Башкирии может похвастаться вполне успешными книгами разных жанров, которые интересны далеко за пределами родного региона.

Игорь Фролов «Вертолетчик» (2007)

Прозаик и публицист Игорь Фролов — ветеран Афганской войны. Если быть точным, то в середине 80-х выпускник УГАТУ отслужил два года борттехником-воздушным стрелком военно-транспортного вертолета Ми-8 на границе с Китаем и в Афганистане (авиабаза Шинданд, провинция Герат). Более 700 часов в составе экипажа, около 500 боевых вылетов на территории Афганистана, орден «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР», медали. Сейчас работает в литературно-публицистическом журнале «Бельские просторы».

— Когда в 2015 году на литфестиваль «Горящая гора» к нам приезжал Леонид Юзефович, я удивились, как это он так решился — в Уфу, на нераскрученное региональное мероприятие! А он сказал, что просто хотел познакомиться с писателем Фроловым, — из интервью председателя объединения русскоязычных писателей Союза писателей РБ Светланы Чураевой.

Photo:bookmate.com

Книга «Вертолетчик» — сборник повестей об Афганистане, а точнее — о вертолетчиках, воевавших в Афганистане. В этих историях война показана с непривычного ракурса — «как будто нет крови и ужаса, а только поэзия, любовь и что-то очень смешное, сквозь которое все-таки, если хорошенько присмотреться, проступает трагическое». Еще одна важная деталь — стиль, близкий к документальному: Игорь Фролов ставит перед собой задачу «просто изложить то, что произошло».

Из книги:

"Цитата из письма однополчанина: «…Все вертолеты просто списали, выстроили в две линейки на нашей стоянке, поснимали оборудование. В августе пригнали с Новосибирска специальную машину со здоровенными ножницами, и эта тварь за 2 часа порвала все 24 (столько их осталось) наших вертолета на маленькие куски. А мы стояли, и, глотая слезы, смотрели на всю эту гадость. Когда все закончилось, довольный машинист вылез и сказал «Ну как я их?». После таких известий не оставалось ничего другого, как взять и вспомнить все. С самого начала. Чтобы исчезнувший полк (один из многих) воскрес хотя бы частично — и продолжал жить уже независимо от моей ненадежной памяти. И назло той силе, которая стерла его с лица земли".

Марианна Плотникова «Уходя, не шуми» (2012)

На счету Марианны Плотниковой несколько книг стихов, публикации в журналах «Урал», «Новая юность», «Бельские просторы», «Волга», «Новая реальность» и других. Книга стихов «Уходя, не шуми» — своего рода избранное, московский дебют, изданный в престижной книжной серии «Классики XXI века» (благодаря премии журнала «Новая юность»).

— Я мало что смыслю в серьезных разборах, поэзия для меня — область незнания (которая бесконечно расширяется), абсолютной свободы, чистая магия, понять законы которой — означало бы её разрушить. Потому — не понимай меня, читатель, будь не исследователем, но наблюдателем. А если возразишь любимыми мной же словами: «счастье — это когда тебя понимают», то я отвечу, что счастье бывает в личной жизни, а в поэзии его нет. Зато в ней есть чудеса, — обращается к читателям Марианна Плотникова в книге «Русская поэтическая речь».

Photo:https://vk.com/club25234000

Критика, рассказывая о книге «Уходя, не шуми», отмечает, что Марианна Плотникова усвоила многие принципиальные открытия русской поэзии начала нулевых — «новую искренность», «плавающее» авторское я, при этом тонкая работа со звуком и единство внутреннего лирического метасюжета свидетельствуют об оригинальных обертонах в авторском голосе.

Из книги:

полюби меня жизнь

таким как есть

пока я весь

пока мама здесь

пока голуби в парке стаей

и пломбир еще не растаял

лужи трещинки мел на асфальте

полюбила и хватит

Артур Василевский «Все, кроме чести» (2013)

Артур Василевский — псевдоним творческого тандема двух писателей-фантастов из Башкирии. Это Всеволод Глуховцев, по совместительству преподаватель философии, и журналист Эдуард Байков.

Книга «Все, кроме чести» — фэнтэзи с вкраплением альтернативной истории. В центре сюжета — двое ученых, заполучивших древний манускрипт, который позволяет проникнуть в параллельную реальность, где история мира сложилась немножечко по-другому. Словом, поездка в тамошнее Средневековье оказывается непростой.

— «Читателям интересен обычный современник, ставший крутым», — озадачили нас в редакции издательства «Эксмо». Мы написали сценарий. Там одобрили. А дальше — параллельный мир, средневековье, франки, герои овладевают экстрасенсорными способностями… — рассказывает Всеволод Глуховцев.

Photo:ast.ru

Айгиз Баймухаметов «Ҡалдырма, әсәй!» (2014)

Ребенок из многодетной семьи, Айгиз Баймухаметов рано потерял родителей и вырос в детдоме, где провел семь лет. Книга на башкирском языке «Ҡалдырма, әсәй!» — его литературный дебют, в котором он описал собственный опыт. Главный герой книги — мальчик Ильяс, который сталкивается с жестокостью как со стороны работников детдома, так и самих воспитанников. Тем не менее книга пронизана оптимизмом: герой на своем примере доказывает, что можно достичь многого, если ставить правильные цели.

К настоящему времени эта книга переведена на многие языки стран бывшего СССР, получила признание как в России, так и за рубежом (Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан, Азербайджан, Турция, Ирак). На данный момент это самая многотиражная современная башкирская книга.

— Я готовил статью к 8 Марта [в газете «Республика Башкортостан»]. И мне очень хотелось показать читателям, что значит мать в нашей жизни. Я вспоминал о том, как мы прощались с мамой и писал диалог мальчика с умершей матерью. «Не оставляй, мама!» — так называлась та публикация. В редакцию пришло много писем с просьбой продолжить рассказ, который тронул людей. И я написал сначала конец, потом начало. Так получилась книга, — рассказывает Айгиз Баймухаметов.

Photo:pressaufa.ru

Народный писатель РБ Танслупан Гарипова, рецензируя книгу, подчеркивала, что повесть сильна «горькой правдой». Книга открывает занавес, скрывающий будни детских домов — и солнечный луч, слепящий глаза, одноврменно с этим очищает, оздоравливает, лечит.

Игорь Савельев «Как тебе такое, Iron Mask?» (2020)

Ряд книг писателя из Уфы Игоря Савельева был издан в 2012–2016 гг. в издательстве «Эксмо» в серии «Проза отчаянного поколения», но, пожалуй, именно его последний роман стал громким событием.

Photo:esquire.ru

По сюжету книги «Как тебе такое, Iron Mask?» сын российского вице-премьера Алекс возвращается из Кембриджа по вызову отца в Москву и попадает в воронку госпереворота. По словам Игоря, несколько лет назад он «ощутил эпичность времени, в котором мы находимся», схожее с началом 50-х гг. ХХ века.

— На фоне событий типа «дела врачей» и прочих фантасмагорий люди чувствовали, что присутствуют при каком-то пике, логическом финале, апофеозе некой эпохи, которая окончательно слетела с катушек, и дальше так продолжаться не может, все пошло вразнос, превысило обороты. <…> Так и сейчас я чувствую «предельные обороты», и мне, как писателю, конечно, хочется это фиксировать, хотя я понятия не имею, чем все это кончится, — рассказал Игорь Савельв в интервью Mkset.

Критика отмечает, что увлекательная и остроумная, тревожная и в некоторых деталях поразительно точная («Мы многое и многих в ней угадываем, часто усмехаемся») книга могла бы быть более заметной, если бы не вышла практически одновременно с началом пандемии коронавируса и локдауном, который, что называется, steal the game.

Из книги:

«Больше всего нервировала даже не вся эта история, а её потусторонняя часть — с пустыми квартирами и домом без других людей. Прыгая на месте и не на месте, он начинал подозревать, что без пневмонии этот московский треш точно не закончится. И надо бы, наверное, подумать о себе, поехать куда-нибудь в тепло, где можно зарядиться, осесть хотя бы в каком-нибудь молле, если уж не в гостинице, и там трезво составлять план действий».

Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter