Звездоплёт. Настругать фантастический боевик – плевое дело

Звездоплёт. Настругать фантастический боевик – плевое дело

Звездоплёт. Настругать фантастический боевик – плевое дело

19 января 2009, 00:45
Культура
Любой дорогостоящий отечественный кинопроект – это всегда повод для бурных обсуждений. Одни восторгаются, другие недовольно бурчат, третьи хвалят, но отмечают, что могло быть и лучше – опять не дотянулись до Голливуда. А тут случай особый - появился фильм «Обитаемый остров», который снял сам застрахованный Федор Бондарчук по роману, пожалуй, самих прославленных отечественных фантастов - Аркадия и Бориса Стругацких. При этом роли исполняют яркие актеры, присутствуют крепкие спецэффекты, сценарий близок к авторскому тексту, но добавлено больше действия. Казалось бы, от такой работы должны остаться только положительные впечатления.

Остров невезения

 

Но уже на навороченном сайте картины потенциальному зрителю вкрадчиво намекается, что перед просмотром неплохо было бы ознакомиться с первоисточником, а в идеале – с творчеством Стругацких вообще. Оттуда, дескать, можно больше узнать про Полуденный мир - прекрасное будущее человечества, которое представляет главный герой романа Максим Каммерер. И действительно, тем, кто к роману Стругацких не притронулся, в кинотеатре придется туго. Им не останется ничего, кроме как наслаждаться дорогой компьютерной графикой, да ярким эпизодами маститых актеров – востребованного ныне Сергея Гармаша, убедительных Даниила Спиваковского и Елены Морозовой, инфернального Максима Суханова, мечущегося Александра Феклистова, невозмутимых Евгения Сидихина и музыканта Сергея Мазаева, убитого, впрочем, почти сразу после появления в кадре. На экране то и дело возникают многочисленные персонажи, сыгранные и другими - не менее известными – актерами. Совершая непонятные действия или произнося загадочные реплики, они неожиданно пропадают, чтобы вскоре снова появиться в кадре и опять заинтриговать озадаченного зрителя. Вопросов по сюжету фильма возникает гораздо больше, чем находится ответов. Позиция авторов картины ясна: ну, не дошли вы до смысла той или иной сцены – это ваши проблемы, бегите в книжный магазин за романом.

Понятно, что прямой пересказ романа в фильм не запихнешь – что-то создателям пришлось сократить или переделать. Причем, чтобы сохранить как можно больше стругацкого материала, кино решили выпустить в двух частях. Вторую картину обещают показать осенью 2009 года.

Подробно пересказывать сюжет фильма смысла не имеет. Начинается он с того, что космический корабль совершенного землянина Максима - гостя из прекрасного коммунистического далека - терпит крушение на чужой планете. Она оказывается цивилизованной, заселенной существами очень похожими на людей, индустриальной, загрязненной, военизированной и очень жестокой. Представьте себе диктатуру в ядерном мире, который еще с древних времен пошел по пути заблуждений. К примеру, на этой планете почти никогда не видно солнца и звезд, а горизонт из-за рефракции как бы уходит вверх – и местные  считают, что живут внутри сферы, в середине которой мировой свет. Главное ругательство у них – «массаракш», что означает «мир, вывернутый наизнанку». Если Стругацкие метафорически подразумевали под этим тоталитарным миром тогдашнюю Страну Советов, то картинка в фильме Бондарчука, пусть с натяжкой, но намекает на ситуацию в современном отечестве. Авторы сценария еще раз подчеркивают это в сцене, когда герои прилипают к экрану телевизора и автоматически жуют что-то типа попкорна или чипсов. Самая рейтинговая передача местного ТВ, в которой показывают невозможных уродов, недвусмысленно называется «Психопанорама». Российский госканал регулярно транслирует программу с созвучным названием, но уроды там похлеще будут. И смех в зале это подтверждает. Россиян эти замороченные идеологией рабы напоминают еще и любовью к крепкой власти. Люди обожествляют не только верховных правителей – Неизвестных отцов, что само собой разумеется, но также полицию и армию, как сумасшедшие, орут гимны, всячески способствуют органам правопорядка. Этакая сверхпреданная местному правительству масса, у которой есть много внешних врагов и один внутренний – выродки.

И главный герой, благо улететь к себе он не имеет возможности, окунается в эту жизнь. Вначале он с одними, потом с другими, затем ищет правды у третьих. В фильме эти его скитания совершенства, нырки из одной грязи в другую, переданы достаточно точно.

Возможно, именно поэтому Борису Стругацкому кино Бондарчука и команды понравилось. Вообще после печатного текста фильм очень сильно ощущений прибавляет. Мир начинает благоухать, расцвечивается красками, становиться объемным, кажется, что даже запахи этой планеты чувствуешь и дышишь ее атмосферой. К чести Бондарчука стоит отметить, что в фильме создал он убедительный инопланетный мир, нашпигованный колоритными деталями, которые надолго застревают в памяти. Бюджет в 40 миллионов долларов, профессиональная съемочная группа, да массовка в семь тысяч человек позволили ему воплотить самые смелые задумки.

 

Безумный Макс

 

Кастинг «Обитаемого острова» был серьезнейшим и занял несколько месяцев. Выбирая актеров на три главные роли - Максима, Гая и Рады, создатели перепробовали кучу людей, пытаясь найти свежие и неприевшиеся лица.

Девушки гарантированно млеют от карамельного белокуро-белозубого дебютанта Василия Степанова, исполнителя главной роли – Максима, будто вылезшего не из звездолета, а из солярия. Эдакий повзрослевший Электроник дебиловато скалиться почти все экранное время, даже в те моменты, где, казалось бы, и радоваться-то особо нечему, а между делом выдает рубленные фразы. Того и гляди вытащит из кармана и порекомендует зрителю жевательную резинку. Впрочем, Стругацкие такого суперменистого героя и выписывали – довольного и добродушного, самодостаточного и наивного. Максима получился таким, что даже сам Борис Стругацкий поверил: «Мы именно так его себе и представляли!». Однако авторы сценария не учли одного: книжный Максим местного языка не знает и поначалу вынужден объясняться чуть ли не жестами, а киношный овладел инопланетным наречием зараз, запихнув в ухо волшебную чудо-каплю-переводчика, а потому, размахивая руками и разговаривая, будто со слабослышащими, выглядит он придурковатым полуроботом. К тому же художник, работая над его образом чуть ли не для каждого кадра, явно переусердствовали. В начале романа Максим бегает в одних космических трусах, а в фильме на него целомудренно нацепили майку. Видимо, у Степанова был не такой мощный торс, как у романного персонажа – вот и пришлось маскировать.

Уложенной умелыми руками стилистов прическе Максима нипочем ни дождь, ни пыльные ветры, ни взрывы, ни даже валяние в грязи. Он свеж и хорош собой в любых ситуациях и этим еще больше напоминает человекоподобную машину. В городе на нем появляется дизайнерский плащ и модная шапочка, на каторге – кокетливая повязка на голове, а когда он сидит в лесу с чумазыми повстанцами на нем, не весть откуда, появляется роскошная шуба.

Юлия Снигирь,  сыгравшая Раду Гаал, большого актерского опыта не имеет, но мужской части зала понравилась безоговорочно. Она действительно не похожа на землянок: необычное миловидное лицо, интересная мимика, непрореженно-девственные брови. В такого персонажа легко поверить и еще легче – влюбиться.

Петр Федоров в роли Гая Гаала сыграл того, кого нужно – настоящего солдата, фаната армейщины. А вот на роль старого повстанца Вепря нужно было брать точно не Гошу Куценко. Борис Стругацкий, кстати, был им недоволен. Действительно, Вепрь в романе – искалеченный старик, который постоянно выдыхается. Гоша еще не прожил столько, чтобы осилить такую роль. Вообще один из авторов романа сказал, что не все, дескать, актеры на своих местах. Кого он еще имел в виду? Может, Анну Михалкову, которую взяли на роль изможденной революционерки-подпольщицы. Чтобы играть такую роль, дочке именитого режиссера хорошо бы было сесть на жесткую диету - уж слишком она пышнотелая.

Зато Борис Стругацкий был доволен Серебряковым в роли Странника. Да что там Серебряков -  чего стоит один только Михаил Евланов в роли ротмистра Чачи! Как мастерски он справился со своей небольшой ролью. Известные актеры соглашались тут на совсем маленькие роли – очень, видимо, хотелось им попасть в историю кино с помощью экранизации текстов Стругацких.

Бондарчук и себя ролью не обидел. Сыграл очень плохого парня со склонностью к эстетству – Прокурора. Вот он с царственным видом проплывает в шикарном интерьере в роскошной лиловой мантии, расшитой стразами «Сваровски», вот он колбасится в ванне в щегольском халате, прикусывая мини-скипетр. Его плескания слишком длинные, парадные и не хватает в них простой и даже отвратительной физиологии. В кадре его непозволительно много – столько его героя нет и в романе Стругацких.

- Над ролью я работал тщательно: сам создал образ, придумал ему одежду, прическу, - без тени смущения заявляет сам Бондарчук. - Наверное, это лучшая роль из всех, что я сыграл.

Что еще смутило в этом в целом качественном и захватывающем фильме? Космический корабль Максима с вьющимися щупальцами будто прилетел из голливудской «Матрицы». Такие конечности пригодились бы кораблю в море, но никак не в космосе.

Сцена драки Максима с бандой – это явная неудача. В романе он просто и быстро убивает противников, нанося смертельные удары. В кино же драка снята в стиле фильмов про ниндзя, да и бандиты какие-то разностилевые супербойцы-кунг-фу, а не злобные отребья трущоб.

Но все же не так сильно смущают минусы, как радуют плюсы. Главное то, что в целом идеи романа в фильме прослеживаются, а поставленные вопросы заставляют задуматься. Оставаться в стороне или звереть? Кто прав, если все стремятся к власти? Есть ли справедливость в войне? Что лучше – не знать и радоваться или понимать и мучатся? И главный вопрос – к какому миру с вами в итоге мы придем? Тому Полуденному миру совершенств, который представляет Максим или тому жуткому и замкнутому, в которой главный герой окунулся? Пока, как видно, не туда идем.

Евгений КОРНИЦЫН.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter