Андрей Данилко: “Зря я расстался с надувным бюстом”

Андрей Данилко: “Зря я расстался с надувным бюстом”

15 января, 17:44
Культура
Свой первый гонорар — пять рублей — он получил за номер “Продавщица”. С тех пор жители украинской Полтавы стали говорить, что в 27-й школе учится чудак, который смешит людей... Потом чудак вырос, и его героиня теперь уже не только продавщица, но и проводница, и певица...Еще несколько лет назад Андрей Данилко, он же — Верка Сердючка, и помышлять не мог о таком грандиозном успехе. Но теперь выпускнику торгово-кулинарного техникума откровенно завидуют коллеги по шоу-бизнесу.
За что бы ни взялась его героиня — будь то знаменитое “СВ-Шоу” или запись очередного альбома, — везде триумф и зашкаливающие рейтинги.Взять у Данилко интервью мы пытались два месяца. И наконец в номере гостиницы “Россия”, где парень останавливается в новогодние деньки последние пять лет, мы узнали подробности жизни по уши занятой 32-летней звезды.“После концертов я весь в синяках”— Я, наверное, не буду оригинальной, если предположу, что Верка Сердючка сейчас нарасхват...— Ну, не буду скрывать, что я востребован.— Не секрет, что по рейтингам твоя героиня обскакала многих наших артистов. Скажи честно: завидуют?— Я многих раздражаю. Они долго работали, а тут на тебе: появляется артист, с которым трудно соперничать. А трудно потому, что мой образ — это маска. Например, вчера записывали программу с Сережей Зверевым — реалити-шоу. Я прихожу к нему с мамой поздравлять его с Новым годом. Шутили, импровизировали. Зверев — очень легкий в импровизации человек. Так вот маска сыграла свою роль: там была и ненормативная лексика, но она выглядела органично. То, что могла делать Сердючка, — я бы не смог.— Тебе наверняка приходится много петь на корпоративных вечеринках. Фанеру часто используешь?— Никогда! Многие артисты говорят: ой, корпоративные вечеринки — это такая халтурка. А у тебя вообще легкий жанр! Какой легкий? Вы пойдите сделайте, чтобы люди, спящие на этой вечеринке, проснулись.— То есть выкладываешься на каждом выступлении?— А то! После концерта я покрываюсь синюшными пятнами. Особенно вокруг груди. Как будто били. Просто происходит эффект бани. Раньше у меня был надувной бюст. Затем было решено сделать “стационарный”, из поролона. К тому же я сдуру придумал эти шубы. А мне же надо еще прыгать, танцевать. Это ужасно. Я весь мокрый и долго отхожу потом.Верку нельзя одевать как женщину— Я видела сюжет по телевизору, где наши артисты примеряли твой бюст. И никто не мог определить его размер...— Ой, да я сам не знаю. Я ж когда одежду покупаю, с линейкой не хожу.— Неужто у тебя нет многочисленных стилистов?— Не-а. Лучше, чем я, все равно никто не знает Сердючку. Дизайнеры, которые пробовали создавать Верке одежду, пытались одевать ее как женщину. А ее нужно одевать как персонаж. Есть какие-то вещи, которые в ней абсолютно нельзя менять. Например, колготки или длину платья до колен. Она уже сразу — не Сердючка. Это как у Чарли Чаплина котелок. Ну нельзя надевать на Верку колготки в сеточку!— И много у тебя комплектов этих шуб и других костюмов?— Не считал. Просто некоторые костюмы не подходят под песню. Например, под песню “Он бы подошел — я бы развернулась” подходит розовая шуба. Даже чисто визуально. А вот в чернобурке — здрасьте, моя радость. Ни в пень — ни в ворота. Поэтому надо все время переодеваться.— И что же ты — ходишь на местные рынки следить за модой?— Бывают моменты, когда срочно надо идти в кадр, и начинается беготня: это надеть или то? Чтобы было в хорошем смысле по-дурацки и люди говорили: боже, что она нацепила?! Так, совершенно спонтанно, у нее появились эти розы на голове.Асексуальный объект— Признайся — долго учился на каблуках ходить?— А можно другой вопрос? Не люблю, когда про грудь начинают спрашивать, про колготки, — Андрей мотает головой. — Ну, как все обычные люди, которые надевают новую пару обуви. Надо ее расходить, надо к ней привыкнуть. Я привык быстро.Такие вопросы — это примитивно. Есть люди, которые не любили Сердючку, потому что видели именно это: большие, как они говорят, сиськи, эти ноги, мужик переодетый. Даже мои родители к Верке первое время настороженно относились. Но когда зрители копнули глубже: о чем она поет и как — изменили свое мнение.— И о чем же поет Сердючка?— О, Сердючка–певица — это вообще новая фишка. Это впервые на эстраде, когда у разговорников — а мы работали только в этом жанре — получилось успешное продолжение в песне. Я сам профессионально не пою. И Сердючка не певица, но пластинки продаются. И мы получаем второй год подряд премию “Рекорд” по продажам пластинок Сердючки.— Не так давно прошла информация о выходе инструментального альбома Андрея Данилко.— Я действительно его выпустил. Но только негде мне показывать эти клипы. То неформат, говорят, то еще что-то... В Украине есть где показывать.— Выходит, самого себя раскручивать нерентабельно?— И не нужно. Я вообще стараюсь не лезть в экран как Андрей. Меня устраивает, что я могу спокойно ходить по городу и ко мне никто не пристает. Узнают, но очень мало. Есть публичный персонаж Верка Сердючка и непубличный Андрей Данилко.— Верка Сердючка отбивает поклонниц у Андрея Данилко?— Так в этом вся прелесть. Вот Сережа Лазарев. Мы с ним хорошо общаемся. Я представляю, как ему тяжело в жизни, когда эти фанатки бегают за ним, дежурят. Он не может ни выйти, ни зайти... Бегают за группой “Корни”, за людьми, которых воспринимают как сексуальный объект.А Сердючка — да, она смешная, ее на концерте воспринимают хорошо — и этим все заканчивается. Ну, бывают сумасшедшие, которые стоят возле подъезда, но их так мало. Постояли-постояли, замерзли — и пошли домой. Я прям не нарадуюсь!Девушки внезапно сбегают— Андрей, давно хотела спросить, а куда делась Геля из твоего проекта? Уволил бедную девушку?— Ничего подобного! Она сбежала! Это было года три назад. Все переживали, ведь она внезапно пропала... Почему она так сделала, я толком не знаю. Были разговоры, что она хотела бы уйти. И я сказал — хорошо, все живые люди, никого не держат. Но мы решили отработать запланированное. Я ей даже уменьшил нагрузку, но она все равно сбежала. С другой стороны, это повлияло на концепцию, и у Сердючки появилась мама, которая эту Гелю заменяет.— Кстати, а твоя настоящая мама чем занимается?— Она на пенсии. Мама любит с коровами возиться. И она далеко не миллионер, как многие думают. Все пишут, что я миллионер. Я думаю: пишите-пишите. Может, материализуется? Я не скрываю — я очень люблю деньги. Это свобода, независимость и возможность помогать людям.— Значит, слухи о том, что тебя раскрутили богатые родители, сильно преувеличены?— Когда я читаю про все это — мне смешно, — Андрей улыбается. — Мы сейчас судимся с одним украинским изданием, написавшим, что у меня куча домов. Здесь, в Москве, тоже была такая статья, но тут относятся к этому по-другому. Есть — ну и ладно. А на Украине это вызвало реальный негатив! “Нам зарплату не выплачивают месяцами, а вы дома строите по шестьсот тысяч евро!”Друзья-звезды и соседи-вымогатели— Тебя часто называют капризным. Здесь есть доля истины?— Ну, капризы могут быть только в рамках работы. Если что-то не выполняется по райдеру. Например, написан один свет — поставили другой. А капризность, когда начинают: мне двадцать полотенец в гримерную — у меня такого нет.— А сколько у тебя полотенец?— Одно. И то мы его с собой возим. Конечно, есть определенные требования — вода, фрукты в гримерку. Но я их даже не пробую. Просто так положено.— Слышала, что ты дружишь с Аллой Борисовной...— У нас очень хорошие, теплые отношения! Но всегда нужно сохранять субординацию, я никогда ни к кому не набиваюсь в друзья. Еще мы дружим с Филиппом. Созваниваемся постоянно. Если я в Москве или он в Киеве, обязательно встречаемся, посидим, поговорим... С Сережей Зверевым общаемся. С Юрой Шатуновым. С Разиным Андреем, с Малаховым. Понятно, что мы не встречаемся каждый день, но по возможности можем посидеть, вспомнить смешную историю. У нас есть что-то общее.— Чем ты занимаешься в свободное от Верки Сердючки время?— Люблю ходить по магазинам. Это мне нервы успокаивает. Подарочки какие-то покупаю. Люблю очень музыкальные инструменты — клавишные. От самых примитивных до самых модных.А еще я общаюсь по телефону, листаю модные журналы, сижу за компьютером, смотрю телевизор. Обожаю старые фильмы. Вчера смотрел “Тот самый Мюнхгаузен”. Первый раз нормально посмотрел. Так смешно было...— Домашнее хозяйство сам ведешь или кто помогает?— Не всегда удается самому. Меня иногда раздражает, что я не могу все привести в порядок. У меня сейчас бардак такой. Один ремонт я закончил, другой не могу начать. Надо ведь все контролировать. Эти строители обязательно начинают воровать.— Соседи знают, что рядом живет Андрей Данилко?— Знают. И постоянно в суд на меня подают. Говорят, что я затопил кого-то. Спрашиваю — а где она живет? Оказалось, в полуподвальном помещении, а я — на пятом этаже. Такой бред! Все пытаются любыми способами на мне нажиться. Слава богу, теперь подо мной мои друзья купили квартиры.Я понимаю, что я живу в лучшем доме в Киеве. Он строился для деятелей искусства. Многие уже перепродали эти квартиры. И остались единицы, которых раздражает, что пришло новое молодое поколение.Искал свою Крупскую— Что-то в твоем рассказе нет ни слова о личной жизни...— Ну... Конечно, я не один. Что-то складывалось, что-то — не очень. Был сложный период. Но сейчас начался новый, абсолютно не похожий на предыдущий. И сейчас мне спокойно.— Твоя вторая половина ревнует тебя к поклонницам?— Если у меня начинаются близкие отношения с девушками, я сразу предупреждаю, что со мной очень непросто. Если я не беру два дня трубку или не звоню, это не значит, что я забыл или не хочу общаться. Просто я занят. Все. Поэтому обиды несерьезны.Я вон говорю Инке, которая со мной работает: тебя дочка как зовет: мама или тетя? Они ж не видятся почти! Муж ее живет в Полтаве, приезжает иногда. Что бы ни писали о нашей якобы совместной гастрольной жизни, Олег, ее муж, с пониманием к ситуации относится. Мы ведь с Инной знакомы сто лет! У нас с ней уже родственные отношения. Кто хочет верить, что у нас роман, — ради бога!— Ты сказал, что в жизни бывали разные периоды — знакомств и расставаний. Упорно ищешь свой идеал?— Не то чтобы ищу... Есть женщины для жизни, а есть — чтобы провести время. Меня сейчас интересует первое. Эта женщина должна обладать характером, как у Крупской, — Андрей улыбается. — Когда можно утром проснуться и не думать: ну когда она наконец куда-нибудь пойдет, уже надоела! Когда рядом с ней ты не беспокоишься, как выглядишь — причесан или нет. Ну и, конечно, должно все сложиться в интимном плане.Часто бывало, когда что-то одно не совпадало. А сейчас все сложилось спокойно, само по себе. Такого у меня еще не было.Ульяна КАЛАШНИКОВА.
Found a typo in the text? Select it and press ctrl + enter